«Неходовые» воблеры: «Блюфокс», «Июльский Иозурик», «Колонель» и «Джонтед».

«Блюфокс».

На заре массового спиннингизма появились воблеры рапаловских расцветок с лепестком впереди от фирмы «Блюфокс». Простые блёсны от этой же фирмы, похожие на «Комету» от «Меппса», стали активно поступать в продажу двумя-тремя годами позже, поэтому понятие «Блюфокс» стало, за это время, нарицательным – приклеилось. Если у блесны вместо лунного сердечника воблер, - «а, так это блюфокс!». Уловистые воблеры с отбитыми о камни лопатками зачастую тоже проще оснастить лепестком. Спереди высверливается отверстие, чтобы втугую проходила согнутая вдвое проволока для вращающегося лепестка небольших размеров. Заливается эпоксидкой, а на брюшко приклеивается свинцовая пластинка или вклеивается дробина. Приманки подобного типа работают только в тонущем варианте и ловят без промаха.

«Блюфокс» в центре и его полусамодельные варианты.

У меня все на историях, да на случаях. Как-то жена обловила нас, «профессионалов», припозорив таким образом. Трое мужиков поймали четыре судака, а она в два раза больше. И дело не в том, что в три семьи до утра отмечали чей-то день рождения. Женщины от нас ни в чем не отставали. Две подруги не отходили от костра, а свою я поставил на точку в обиходе называемую «лестница». Подвесил ей двухкрючковый «Блюфокс» 7 см цвета FT (огненный тигр). Объяснил, как бросать и куда. Сам пошел было бродить.

Мне часто приходилось ловить рыбу чужими руками. Это когда всё твоё: место, снасти, приманки, только руки чужие. Но не до такой же степени – у нас ничего, а она таскает и таскает, хоть и бросает не туда, и ведет не так. Я не успевал снимать рыбу с крючков, ей это делать не нравилось. Только отойду – тащит, снова отойду – опять зовёт. Поймала кураж, а «Блюфокс» был один на всю компанию.

Связанных с ним историй было много и всегда в похожих условиях: нижние углы, небольшая глубина, течение выше среднего, забрести ниже нет возможности. В таких местах все держат спиннинги вершинкой вверх, чтобы не обломить лопатку воблера. С лепестком наоборот вниз, к самой воде, чтобы не хватал воздух, не залипал. Если это случилось, протягиваешь вверх по течению, опустив назад даёшь утонуть и снова «втыкаешь». Сопротивление он даёт больше, чем воблер с лопаткой, только те норовят урыться на дно, а этот выскочить на поверхность. Везде, где это удобно, он незаменим, а так как бы «неходовой» в большинстве случаев.

Все обские ночные воблеры, по горизонту подачи, подходят для ловли дневной щуки на старицах. В Старокороткино, щучьем Эльдорадо, фирменный «Блюфокс» цвета V («вампир») сгрызли до проволоки, хотя приманка крепкая.

«Июльский Иозурик».

То же самое, что и в случае с женой, происходит, когда берёшь на рыбалку детей. Задача №1 для любого профессионала – это чтобы ребенок тебя обловил.

Однажды посреди лета, будучи уже в старших классах, сын увлёкся ночной ловлей. Ему я всегда ставил единственного в коллекции «Иозури», реальной длиной 5,5 см. сам же пытался противопоставить всё на свете из подобного размера. Результат всегда был один: сын ловил больше в 1,5-2 раза. На последующие ночи, в силу занятости, отправлял его одного с этим же воблером. До очередного звонка:

- Пап, не могу поймать даже одного.

- А как уровень воды?

- Упала. Островок, на котором мы стояли обсох, я дальше зашёл.

- Забудь про это место, завтра поедем вместе, а сейчас возвращайся домой.

На следующую ночь, на двух велосипедах едем на совсем другие точки, где судак выходит согласно новому уровню. Снова он меня успешно облавливает и продолжает ездить один до следующего кризиса. И так весь июль и август.

Для сравнения: уловистый красноголовый воблер 13 см. хорошо заметны «млечные пути» от клыков. Судак бил его и в голову, и поперёк, и с хвоста. Но это в нормальные времена. Не менее избитый «июльский иозурик». Изначальный цвет: серебристый бок, спинка цвета обского ила, синий поперечный рисунок, «полярное сияние».

В середине лета судак перестает любить воблеры как основной тип приманки. На мелкого малька, которого в это время кишит, если подать с удочки возьмёт сразу. На стример нахлыстом тоже хорошо. А самые ходовые воблеры брезгливо тычет. Мол «убирай эту гадость, ставь другую приманку». Вот и ставим «добаву» в 60-70 см перед воблером на коротком поводке:либо твистер не более 3 см, либо мелкий стримерок. Тогда дело идёт. Воблер убирать нельзя, подача должна быть такой же, как в лучшие времена и по дальности, и по горизонту.

После покупки, как это часто бывает, «Иозурик» пролежал не у дел два сезона. Потом сильно «выстрелил» июльской ночью. Напарник бросал проверенный «Шадрап» европейской школы и расцветкой GF. Для судака это зефир в шоколаде. Результат – шесть к одному в пользу школы восточной. Клевало хорошо – было много мелочи и её отпускали. Начитавшись глобалистской литературы и глядя на меня, своего первого судачишку друган «поймав отпустил». С брезгливым выражением лица и со всего размаху. Я объяснил, что если хочешь отпустить, то рыбу из воды не вынимаешь. Охлаждаешь в воде ладонь левой руки, берешь ею судачка. Аккуратно вынимаешь крючки (спиннинг под мышкой) и держишь рыбку спинкой кверху, пока не уплывёт сама. Тогда выживет. Другие рыбы покрепче будут, а судак слаб на всякие внешние воздействия, нежный, заторможенный по жизни. Как его эволюция терпит? Вон его сколько бывало плыло из-под плотины. Чуть шмякнет головой о гранитный валун – он и кверху брюхом. Леща столько не плывёт, тому хоть о гранит, хоть о базальт. А язь просто шустрый, не даёт себя шмякнуть.

Далее, в середине ночи, у нас случился выход крупного судака. Стояли на точке «грязный мыс» в забродку, за травкой, метрах в шести от берега. Дальше в реку уходил мощный, каменистый перекат. Почувствовав хороший вес решил в воде не брать, а вывел на пологий песок берега. На глазок – кило двести. Пока снова заходил, мозг крутнувшись заставил поменять воблер на нормальный размер и цвет. А именно: «Магнум», «вампир». Зефир в шоколаде, естественно. Бросаю, веду. Брезгливый тычок, а рядом маленький «чпок» с большой волной. Кто-то кого-то съел, крупняк на входе! Руки подрагивают, когда меняешь воблер обратно на скорости. Мелкого «Иозурика» судак не тыкал, а хапал сразу. Три заброса – три рыбы и весь «махровый», «гэсовский» т.е. кило и больше.

С тех пор я всегда давал этот воблерок сыну. С более тонким шнуром, конечно, не толще 0,15. Он хоть и суспендер, но легко подаётся поверху, над зацепами.

Так что добава добавой, но сам воблер, как тип приманки, можно подобрать и в «плохие» летние времена. В хорошие времена начала и особенно конца сезона и добава, и мелкий размер исключаются как неходовые. Более того, с появлением десяток лет назад уклейки (первую сын поймал удочкой в 10 лет, сейчас ему 21) может ловить и более крупный размер. Уклейка в Европе – это основной, миллионами лет отработанный, корм для судака, который оттуда же родом. У него и глотка узкая – специально для неё. Обь стала европейской рекой, прощайте сиги.

Советский журнал моего детства назывался: «Рыбоводство и рыболовство». Единственный подписной в 70-е годы. Читал все подряд от корки до корки, включая страничку «аквариум». И уже тогда знал, что биопродуктивность любого водоёма есть величина постоянная – константа. Чем больше одних хищников, тем меньше других. С точностью до килограмма. Нельма тогда прыгала под берегами, взрослые ловили ее «на дорожку» с вёсельных лодок.

«Колонель» и «Джонтед».

Помнится Саяно-Шушенская ГЭС поразила меня не столько своими размерами, высота как у десяти ОбГЭСов, поставленных одна на другую, сколько полным отсутствием рыбаков в нижнем бьефе. Для туристов прибрежная полоса ухожена: асфальтовые дорожки, красивые посадки. И ни души, ни одного человека с удочкой. Ниже по течению стоит буферная Майминская ГЭС – на всякий аварийный случай. Та похожа на нашу, только короткая. Рыбаков тоже не видно, но со стороны водохранилища, почти на трассе, расположено садковое форелевое хозяйство. Можно тут же купить живой рыбы. Местные рассказали, что однажды вся форель в садках погибла – на главной плотине произошёл мощный сброс и воздуха оказалось больше, чем самой воды. Холодный кипяток, рыба задохнулась. Всё стало ясно: нет рыбы, нет и рыбаков.

У нас гораздо спокойнее и в нижнем бьефе народ рыбачил всегда. Рыбу ловили все, кому не лень: и гослов с его тралами (для наркомов-парткомов), и блатные, и приблатнённые, и бичи-алкаши, и пацаны, и взрослые авантюристы, и по лецензиям, и без них. Я там вырос с четвёртого класса, а сейчас ребятни мало, увлеклись гаджетами.

Один мой хороший знакомый имел рыбацкий позывной (кому нравится -погоняло) «Генерал песчаных карьеров». Он помог рыбнадзору построить двухэтажный дом на брандвахте. До этого нарушителей протоколили в старенькой избушке-развалюшке. За это ему разрешили поставить свой «Амур» напротив «брони» в заливчике Сибирской акклиматизационной станции (САС), где останавливались порыбачить космонавты и астронавты миссии Союз-Аполлон.

Временами он приглашал меня половить воблерами ночью. Как правило осенью, когда ночи длинные, а судак ловится охотно. Его там много по определению. Искусственная преграда создаёт неестественные скопления. При таком раскладе, создавалась возможность по быстрой отработке максимально уловистых воблеров. Рыбачили чаще втроём: я, он и тот, кто за рулём автомобиля. Постоянно, из спортивного интереса, меняли места и приманки. Сравнительно анализировали. Главной задачей было «поймать горизонт», так как глубины там разные. По осеннему уровню, за треногой до шести метров, ближе к плотине сильные отмели. На больших глубинах судак часто стоял гораздо выше дна. «Амур» был классический, с москвичёвским двигателем и гребным валом через днище. Когда садились на мель, нас выручали служебные катера. Связь уже укрепилась сотовая.

Было много больших и малых открытий. Например, 14 см «Оригинал» от «Рапала» ловил вровень с «Танцором» в 5 см, так как горизонт проводки у них оказался одинаков. Хотя внешне ничего общего. И тому подобное.

Открытием был и воблер «Колонель» от «Бальзера». Этим же предприятием воблер делали и для фирмы «Джексон». На средних глубинах он был очень «липучим». Судак на него залипал, в том числе из-за круплёной (от слова «крупа»), как через мясорубку пропущенной голографики.

Плавающий «Бальзер» Так написано на лопатке.

С лодки работает на нижних углах. На своём горизонте он сильнее многих воблеров: бальса, частотность. С берега и взабродку он послабее «Шадрапов»: норовит занырнуть поглубже, менее управляем, «неходовой». Хотя… скорее всего не было случая. Но судаку очень нравится, это запомнилось.

Всесокрушающим воблером оказался тонущий составник от «Рапалы» - «Джонтед». Лопатка как у «Шадрапа» ступенькой. Бывает ещё плавающий с круглой лопаткой. С лодки тонущий удобен тем, что изначально его можно топить на разный горизонт, который он потом держит. Ловит почти везде и всё подряд включая рыбу, которая, по идее, должна спать: язя и окуня. С берега могут ловить только 7 см длиной, остальным (9 и 11 см выдавлено на брюшке) мелко, однозначно «неходовые».

Тонущий «Джонтед».

Как-то раз «Генерал песчаных карьеров» позвонил и грустно так говорит: «А помнишь, Серега, как классно мы рыбачили холодными ночами? Грелись чаем, водкой. Пуховик ты мне сшил такой тёплый…» Не хватило мне тогда ни ума, ни чуткости подобрать нужные слова.

Потом он пропал со связи. Будучи ненавязчивым, я пару раз набирал его номер – телефон не отвечал. Через полтора года его сосед по загородному дому поведал, что всё заросло бурьяном. А человек имеющий коттедж, элитную квартиру в центре города, дорогую машину и свой катер на ОбГЭСе застрелился.

Вместе с ним закончилась и моя эпопея по оптимальному подбору воблеров.