Опять Камчатка, 1997

Я уже укоренился в постоянном составе экспедиции. Из предложенных вариантов специализации выбрал компьютерную. Альтернативой была палеоботаника. Думаю, не прогадал. Пришлось, правда, погрузиться в изучение геоинформационных систем, но оно того стоило.

Годы продолжались «лихие», с началом сезона опять запоздали. Поэтому программа полевых работ получилась спешной и скомканной. Но спиннинг и остальные снасти в багаже.

В этом году базовый лагерь поставили вблизи северной границы изучаемой площади. На реке Бечислова, хотя, по версии карт 42 года, она имела название Быстрица. Это всё происки и загадки генштаба. Чтобы запутать потенциального противника. Не однажды я сталкивался с ситуациями, когда на картах реки текли в обратном направлении, а горы оказывались провалами в бездну. И это происходило во времена существования общедоступного сервиса «Гугл Земля». Детский сад, ейбогу.

Река Бечислова совершенно непригодной для рыбалки. Я это понял еще на вертолетном подлёте. Течение более 3 м в секунду, замшелые камни на дне, глубина не более 50 см. Здесь рыбы нет. Таков вердикт. Собственно, так и оказалось. Первых хариусов я поймал в межмаршрутье в километре ниже базы. Там, где русло начало меандрировать. Но речь не об этом. В этом сезоне нам надо было отработать две реки. Начики и Уку. Естественно, сплавом. А это самое любимое моё действо в геологии. Альтернатива это кони. Те ещё «напарники». Постоянно думают, куда бы смыться. А потом ищи их.

Первый сплав. Река Начики (не путать с санаторием Начики). Заброска, естественно вертаком. Тут вышел первый косяк.

Десантировались мы на левом берегу реки, но километрах в трех выше запланированного. На соседнем листе. Горы и распадки в том месте были так похожи. С другой стороны, это позволило точнее увязать геологическую карту. Поняли об ошибке после первых маршрутов. Но делать нечего, надо работать.

Река манила, но не было свободного времени. По ночам с воды доносились солидные такие плюхи и всплески, явно чего-то живого и хищного. Да и река понравилась. Прозрачная вода, глубина очень хорошая, каменистое дно не скользкое, все формы донного рельефа. Рай для рыболова. Впрочем, в один из дней она показала свой коварный нрав. Маршрутили на другом берегу. Перешли в болотниках нормально, Поднялись на вулканическое плато, отработали. В это время, в верховьях прошел обильный дождь. Возвращаемся к реке, а ее не узнать. Пойменный лес затоплен, вода – кофе с молоком. Перейти нереально. Смеркается. Собралось нас человек 8, в лагере на другом берегу, где лодки, никого нет. Помыкавшись, встали в цепь, и, взявшись за руки, пошли на штурм уже в темноте. Жуткое, но короткое зрелище. Тех, кто полегче, буквально полоскало течением, как тряпку. Но форсировали без потерь, но все мокрые. На следующий день начали сплав. Впрочем, далеко уйти не смогли. Порвали пару лодок. Что-то не задалось. Встали лагерем и за несколько дней отработали максимально возможную площадь. Следующий переход обещал быть длинным.

В эти дни мне удалось лишь несколько раз «помочить» снасти. В улове был голец. Не крупный, но и не мелкий и несколько хариусов средних.

И вот день сплава. Таких ярких ощущений мне еще не доставляла одна река. Представьте, мы вырываемся из леса в горном потоке на обширную каменистую залысину. Здесь река решила поиграть в змейку. Скорость течения осталась прежней, но она начала отчаянно петлять. В каждой из петель на берегу лежал древесный завал, ощетинившийся в воду частоколом обломанных стволов. Именно на эти пики нас и бросало после каждого поворота. Глубина по руслу сохранялась весьма большой. Причалить негде. Этот восторг и ужас и бешеная гребля продолжалась полчаса, не больше, но визгов и криков наслушался. В одном из поворотов, из шедшей за нами 300-ки выпал загребной. Он был в экипаже с геологиней. И выпал он с ее алюминиевым двухведерным тазиком. Странно, но весло в этот раз он успел оставить в лодке (раньше с веслом выпадал). Казалось бы, все, кирдык. Я ищу, где припарковаться, в то же время, пока мы не скрылись за поворотом, смотрю назад. И, о чудо, из воды появляется тазик, рука и голова Николая. Он схватился за борт своего плавсредства и так продолжил сплав. Естественно, мы их отловили и помогли выбраться на берег. Срочно костер, сушка и продолжение движения. Сейчас сижу, вспоминаю те события. На фоне той трагичности, некоторые происшествия вносили разрядку в невеселую обстановку. Помнится, мы смеялись и шутили про тазик. Ну, да и черт с ним. Мы вышли на равнину. Остальные маршруты были лишь формальностью. Коренных скальных выходов больше не стоило ожидать. Можно было уделить время рыбалке, по которой я успел соскучиться.

В один из дней, быстренько сходив в маршрут, побрел вверх по течению попытать удачи. Опять где-то прошли дожди, вода радикально помутнела, но рыбьи всплески были слышны. Я не мог уследить взглядом, и забрасывал на звук. И вот, на очередном забросе, поклевка. Показалось, что кижуч. Но для него еще слишком рано. Гольца такого крупного тоже не встречал. Из за мутной воды, идентифицировал добычу только на берегу. Это оказался полуметровый черный хариус. Такого я никогда не ловил и не видел. Просто монстр. А поскольку мне предстояло пройти еще около километра, я воспользовался «гуманизатором» и припрятал харитона в кустах. Место запомнил, на обратном пути заберу. Поимка такого экземпляра не была случайностью. На последующем километре мне попалось еще 2 подобных. Причем взяли блесну буквально на приводнении. Я их тоже успокоил и спрятал. Пройдя еще малость, решил вернуться в лагерь. И тут началось. Я обшарил все места и вокруг, но не нашел ни одной спрятанной рыбы. Мистика. Как будто и не было ничего, а я уже и кукан вырезал из тальника. До сих пор гадаю, кто спер рыбу? Выдра, норка, медведь, скопа или еще какая зверюга. Но эта река осталась в памяти, как место обитания трофейного хариуса. И еще, это самая южная река, где водится сиг. С низовьев мужики привозили и угощали.

У всех такие честные глаза...

Серия 2, река Ука.

На эту реку мы наведывались периодически. Всего-то 3-4 часа через перевал, и вот она. Но для полноценного сплава нужен был вертолет. На наших одрах всю поклажу не унести.

И своего часа мы дождались. Заброска, в этот раз, прошла успешно. Прибыли туда, куда планировали.

Река оказалась идеальной. Для рыбалки, но не для сплава. Вода всегда чистая, дно каменистое и светлое. Рыбалка вприглядку. Из рыб стоит отметить трофейных размеров микижу, немного (от этого более ценного) хариуса, голец вполне кондиционный и дошедший до верховьев кижуч. Поймать все это добро не представляло труда, но сил на рыбалку не оставалось совсем. На каждом переходе встречалось по 2-3 сплошных завала. Приходилось обносить их метров по 200-300. Лодки, груз, себя. Маршруты начинались с крутых подъемов. В общем, ежедневная изнурительная работа. Но, несомненно, река заслуживает пристального внимания. Тем более что зимой в лимане реки ловится корюшка и навага. А это наводит на мысли о трофейных лососях в низовьях. Мечтаю попасть туда снова, но пока не получается.

Вот на такой невнятной ноте и закончился сезон 1997.

ЗЫ. 1. Как мы ломали погоду. А сезон выдался дождливый. Всё просто. Садились тесной компанией за преферанс. Это и называлось «ломать погоду». Играли на конфеты, пряники, печенье. Короче, на то, что было на складе. Сочинка, Ленинградка и прочие вариации этой увлекательной игры. Выигрыши были символические, проигрыши, иногда, катастрофические. Но это действо действительно ломало погоду.

2. Впервые попробовал напитки из жестяных банок. Пиво 12%, какие-то коктейли. Снабженец привез на вертолете, то, что посчитал нужным. Злыдень. На следующий день я (и не я один) хотел его убить. Но сил не было. Братцы, не пробуйте это.