Еще не зная хариуса "лично", я был уже знаком с ним по множеству вдохновенных строк прозаиков и поэтов, воспевающих эту рыбу-молнию, жемчужину холодных рек.
Но так бы и ловить мне карасей на пруду, если бы не побывал однажды в командировке в таежном поселке Московка, расположенном на берегу Кии.
Было это весной. Вода еще не вошла в русло и не совсем очистилась. На штабелях леса, затопленных водой, шумным табором расположились мальчишки. Кривыми таловыми удочками, на нитку с пробкой от шампанского вместо поплавка они таскали из быстрины... нет не пескарей, а крупных хариусов.
Вечером взрослые любители-харьюзятники рассказали, что это, конечно, форменное детское баловство. Сейчас хариус поднимается на икромет и берет все без разбора. А вот летом и осенью, по светлой воде, его добыть не так-то просто.
Но вот однажды один мой товарищ привез четыре десятка хороших хариусов с Томи.
Это казалось невероятным. Большая река, основательно загрязненная промышленными сбросами крупных городов, и вдруг - рыба, признающая лишь чистую, ключевую воду...
В первую же субботу мы сели на рейсовую быстроходную "Зарю" и поплыли вверх, подальше от города.
Удивительно красивые места на Томи где-нибудь у старинного таежного села Ячменюха.
Красные скалы и зеленые громады гор глядятся в голубые зеркала широких плесов. К осени прихваченные первым заморозком березы и осины одевают берега в золото и пурпур. Темным малахитом обрамляют их вечнозеленые пихтачи, мелкой россыпью рубиновых гроздьев облагораживают этот праздник красок рябины.
Осень - лучшее время на Томи и ее притоках. Нет уже на берегах шумных палаточных городков, поутихли катера и мотолодки.
Не знаю, что больше привлекает человека в такие вот места - прекрасная, не обезображенная человеком природа или великолепная рыба хариус! Ведь вот уже лет десять мне хочется спокойно посидеть с удочкой у заводи или на пруду, рядом с городом, половить карасей. Но наступает весна, и почему-то всегда без колебаний отдаешь предпочтение грохочущему перекату и далекой глухой горной речке.
Множество быстрых и чистых горных речек впадает в Томь и Кию: три Терси, Тайдон, Мрассу, Растай, Кожух, Улуманда, Талановая, Заломная, Пезас, Акел, Кайсас... Есть среди них такие, что не вдруг-то найдешь брод. А есть, что пробивается по тайге звонким нешироким ручьем и вдруг разольется среди скал темно-синим бездонным бучилом. Тут, под шумным порогом, не только хариус, но и ускуч, и таймень.
На средних реках, таких как Кия и Мрассу, плесы которых разливаются порой до сотни метров в ширину, не обойтись без длинного пяти-шестиметрового удилища, оснащенного пропускными кольцами и проводочной катушкой.
Хариус здесь стоит в самых глубоких бороздах на быстром ровном течении сразу же ниже переката. Приходится, насколько позволяют сапоги, заходить в воду и кидать как можно дальше. Здесь "в забродку" ловить практически невозможно.
Другая технология ловли в маленьких речках. Длинное телескопическое удилище тут непригодно. Требуется составное, бамбуковое, длину которого легко изменить, убрав или добавив колено.
Свои тонкости и прелести и у ловли в маленьких таежных речках.
Однажды мы наготовили заранее первоклассных навозных червей, продержав их неделю в сыром мху. Но на рыбной речке Поперечке остались без улова.
Встретился местный пчеловод, пригласил ночевать на пасеку. Посочувтствовал и, глянув на наших червей, тут же посоветовал их выбросить. Хариус, как мы убедились наутро, отлично брал на синеватого, абсолютно не привлекательного червя-подлистника.
Неплохо среди лета берет хариус на таежных речках и на опарыша.
Брать хариус начинает с рассвета и клюет до позднего вечера. Но лучшее время ловли примерно с девяти до двенадцати и часа за два-три до захода солнца.
На больших перекатах Томи в августе и сентябре хариус начинает брать после заката и ловится до полной темноты. Имея это в виду, обязательно надо держать про запас белый поплавок.
О хариусе часто говорят и пишут однозначно: это, дескать, рыба порожистых рек, быстрая и пугливая. Но хариус очень неодинаков.
На крупных реках он стоит на самом бою переката, вдали от берега.
На средней реке его надо искать в конце слива порога и переката, где кончаются буруны и начинается зеркало - ровное и сильное течение.
В тихой заводи большой и средней реки хариус не клюет никогда, а в маленькой речке - это его любимое место. Причем берет здесь наверняка. И нередко даже, словно пескарь, топит поплавок.
А на горных реках мы ловили крупных хариусов на тихих широких плесах без малейшего течения. Причем ловили не на червя или мушку, а спиннингом, на маленькую блесну-ложку с грузом на одном стержне.
Не отказывается от блестящих приманок хариус и на быстрине больших и средних рек. На Кие, например, некоторые рыболовы попробовали ловить на мелкие мормышки с довольно крупным крючком. И хариус как нельзя лучше оценил заманчивую новинку. Поклевок на нее было почти вдвое больше, чем на простой крючок.
В верховьях Кии в разгар лета хариуса иногда неплохо ловят на личинку ручейника, буквально устилающую подводные камни своими серыми домиками. Самого же ручейника здесь называют летающим тараканом, а чаще харьюзовкой. Собирают насекомых рано утром, пока у них не обсохли крылья, на листьях речного лопуха, в изобилии растущего прямо в воде у берега.
Отлично ловится хариус поверху на слепней, оводов и особенно на больших полосатых мух, постоянно вьющихся вокруг сиреневых головок дикого лука. Мухи эти словно в серо-белые тельняшки одеты, и местные рыболовы часто говорят: "Сегодня берет на матросиков"...
Ловится хариус, как и везде, и на искусственную мушку. Но к ней на Кие, Томи и их притоках особенного почтения нет. Может быть, потому, что мушками, или, как их чаще здесь именуют, "самодурами" и "дуроловами", оснащают свои многокрючковые "кораблики" вездесущие браконьеры.
И недооценивают мушку, надо сказать, зря. Вот уже несколько лет живет на Кие, на Большом Воскресенском перекате, пенсионер-рыболов. Стоит на высоком яру аккуратная избушка. И кто бы ни проплывал, пригласит хлебосольный хозяин попить чайку, обогреться. Он ловит здесь только на искусственную мушку. И каких "лаптей" вываживает!.. Но жор на нее бывает раз в пять-десять дней.
Для изготовления мушки применяется в основном барсучья, медвежья шерсть и все рыжее - оранжевое петушиное перо, желтые нитки мулине, начищенная медная проволочка. Хозяин избушки ловит на две-три мушки и особенно-то не экспериментирует. И кто знает, может, так же активно брал бы хариус на какие-то другие...
Десятки харьюзовых рек, речек и речушек в небольшой по площади Кемеровской области. И у каждой из них свой характер и свой, непохожий на других хариус.
В Томи он светло-сиреневый с красновато-фиолетовым хвостом. В Кие хариусы гораздо светлее и крупнее. Но самые увесистые и красивые хариусы водятся в небольших речках, шириной от пяти до двадцати метров. Истинное наслаждение подсечь 500-800-граммового "синяка" на середине хрустальной струи и вывести его на берег на выгнутом в дугу удилище...
Какой красавец! Синевато-серебряный, с огромным - от головы до хвоста - спинным плавником, по которому, словно драгоценные каменья, густо разбросаны большие круглые малиновые, синие, зеленые, золотистые пятна.
Нередко приходится ломать голову: куда поехать на неделю отпуска или на два выходных?
В верховья Кии, чтобы промчаться оттуда на лодке по бурным порогам и перекатам до мраморного Белокаменного плеса... Или на Томь, широкую и быструю, где на самой середине протоки, в трехстах метрах от берега, можно целый день с восторгом слушать звон переката и караулить миг виртуозной поклевки. Или на глухую таежную речку, где на обед целыми полянами, прямо на кочках у хрустальной воды, растет сочная, ароматная и удивительно полезная для здоровья колба...
О далеких легендарных северных реках чаще всего теперь даже и не вспоминаешь. Конечно, на наших речках и клев послабей, и экзотика поскромнее, но хариус и здесь еще пока не перевелся. А он всегда для любителя рыбной ловли самая большая радость и награда.
