В начале была мушка
А именно, стример – имитация малька. Стример, как четвертый тип спиннинговых приманок. До него, в новейшей истории, в Оби ловили на блесны, воблеры и мягкие приманки. Любую имитацию, в том числе и мушку, рыбе нужно как-то подать, и подавали все со спиннинга. Стримеры – либо на коротких поводках выше основного грузила или джиг-головки, либо методом «обской классики» (этот способ описан в 1987 году, «Рыболов» № 4, в статье «Со спиннингом на леща»), либо при помощи «бакулки» - плавающего грузила. Кстати, последний способ описывает Милан Курнецик в своем замечательном труде «Энциклопедия нахлыста» (стр. 42, «Ловля с шаровым поплавком»). Вариант использования спиннинговой снасти в книге о нахлысте подается как радикальный, для больших рек. Следует отметить, что преимуществом обской подачи (поводок 1,8- 2,2 метра с высотой посадки (от бакулки) не менее 60 см) является то, что при вываживании тяжелое плавающее грузило не болтается между рыбаком и рыбой, а спокойно плывет рядом.
Что тут говорить об Оби и о нахлыстовой подаче, если в общем-то не так уж и давно, летом 1984 года (в том году я приобрел «моторку»), на лодочной базе «Чайка-2» (ныне водномоторный клуб «Буревестник») на более чем 500 лодок приходилось всего два спиннингиста: я и Володя Шупта. Нет, рыбаков-то было много, однако популярными снастями были донки, «подпуски», «резинки», поплавочные удочки, сети, самоловы и т.п. Спиннингистов в городе было очень мало, почти все знали друг друга по именам, особенно береговики. Сложность береговой ловли, обусловленная проблемами сверхдальнего заброса, объединяла и позволяла больше общаться. Со временем опыт этих людей, все их удачные (и не очень) эксперименты и попытки внести что-то свое слились воедино и приобрели те классические формы, которые на сегодня имеем. Лучшие спиннингисты-лодочники вышли из береговиков, а остальные, в силу своей обособленности отставали, но все еще имели больше возможностей в изучении обских просторов и процессов. Основная жизнь Оби проистекает вдали от берегов. Прибрежная зона – это периферия. Здесь, как правило, слышны лишь отголоски главных событий, и то не всех.
Спиннингисты, как береговики, так и лодочники делились на некие группы – приятельские компании. В каждой из них были свои лидеры, другие им подражали, применяя ту же оснастку, приманки и систему ловли. В магазинах того времени покупали лишь катушки «Невские» да лески «Клинские». Все остальное, особенно приманки (вращающиеся блесны, «папироски»), делались вручную, самостоятельно. Так вот, почти не ошибусь, если скажу, что ни один такой «клан», ни одна мафиозная (семейная) «спиннинговая группировка», ни на ГЭСе, ни на Коровьем острове (куда до 1983 года включительно, наводили понтонный мост), ни на лодочных базах, ни в трудовых коллективах стримеры не применяли. Доводилось слышать об одном спиннингисте с дальней лодочной базы «Локомотив», ловившем на «вабики» из козьей шерсти, но имя его укрыто мраком истории, а достойного места мухам так и не появилось. Скорее всего, примитивные мушки из шерсти козы не выдержали конкуренции с традиционными и более доступными «папиросками» из пенопласта, не слишком от них отличаясь ни внешне, ни по силе зрительного воздействия на хватательные рефлексы хищников.
Спиннинг продолжал оставаться элитной снастью «для посвященных» до 1995 года, до появления в магазинах (зима 94-95 гг.) твистеров и виброхвостов. Уже к 10 июня о них знали все, кто занимался этим раньше. Более того, как «кольт» в Америке уравнял всех граждан в правах, так и мягкие приманки сделали спиннинг Новосибирска массовым явлением. Отпала необходимость в хитрых шаблонах, матрицах и пуансонах, специальных листовых металлах, необходимых для изготовления «вертушек». Пришел в магазин, набрал «убойной резины» - и ты готовый спиннингист.
Но «случилось страшное»: рынок лета 95 г. оказался не готов к возникшему спросу, значительно превысившему предложение. Несмотря на экономические проблемы, появление современных снастей показало, что спиннинг не чужд отечественному менталитету, во что еще год назад трудно было поверить. Уже к середине июня все мягкие приманки исчезли с полок магазинов. А когда в июле, в магазин «Спорт» на ул. Котовского, пришел долгожданный контейнер с виброхвостами от завода «Сатурн», его встречала огромная толпа.
Мне повезло. В самом начале июня, в «Чемпионе», успел приобрести два набора твистеров по 50 тыс. руб. каждый (время разгула инфляции). Помимо прочего «добра» (на сто тысяч!), в них набралось десятка два очень мелких твистеров и виброхвостов длиной 1- 1,5 см.
А Обь жила по своим законам, и к концу июня прошлогодний малек потерял свое значение, все хищники (и не только) переключились на сеголетка. Крупные твистеры продолжали ловить окуня только в прибрежной зоне, в кустах, продуваемых течением. И то только потому, что это был третий год большой воды, - прибрежные дачи топило по самые крыши. Береговая зона представляла собой обширные «мангровые» заросли, с венецианскими аллеями вместо бывших дорог, и была «нашпигована» крупным мальком. По центру реки, на всех обских перекатах хищник как будто испарился, но только не у нас с Андреем Юрченко (моим частым напарником)! Пока у нас были самые мелкие твистеры, уловы были просто огромны, даже по меркам промысловой реки, доводя до истерики рыбаков с других лодок, чьи твистеры в 5 см и больше стали пластмассовыми игрушками. Когда все уловистые имитации были «побиты» рыбой или осели на зацепах, нам удалось понять, что ловит не тип приманки, а именно «размер», как фактор уловистости. Такие твистеры брать было уже негде. Поразмыслив над всем этим, я сел за «вязальный станок», представляющий собой, на ту пору, самые маленькие промышленные тисочки. Были минимальные навыки. В тайге, под Северобайкальском, буквально на пеньке, местные рыбаки научили вязать мушки на хариуса. До этого мы с братом истюкали топорами гектар леса, нашли 9 короедов - лес там чистый, и поймали 9 хариюсят. Те рыбаки явились как спасители, с полными сумками полновесных хариусов-чернышей. За 25 обских блесен, в которых они сразу увидели настоящее («на ленка пойдут»), я получил урок по вязанию со всеми тонкостями тамошней школы и изловил к сумеркам 43 рыбы до 450 гр. весом.
Первые обские стримеры походили на эти мушки, но имели прямой силуэт - под малька. Тело мушки сделал из ленточки обычного полиэтилена. Короткий хвостик из капрона (продольные волокна детских ленточек). Петушиное перо наматывал по типу «спайдера» («паук»), в три-четыре оборота по всему цевью, т.е. с довольно редкими ворсинками. Крючок, во избежание сходов на обском течении, до № 6, по международной классификации.
Интуиция не подвела. Эффект превзошел ожидания: стримеры до 1,5 см длиной «собирали» всю обскую рыбу, независимо от размера, еще лучше, чем мелкие твистеры. Привычную вращающуюся блесну с таким общим размером, да при этом с устойчивой игрой сделать очень трудно, проще подождать, пока вырастет малек. В отличие от блесны, муха работала на любых углах подачи, - как ниже, так и значительно выше перпендикуляра течению, на самых острых верхних углах, что облегчало вываживание, стример не перекручивал поводок. Длина стримера легко корректировалась по длине малька, который сыпался из пасти пойманных окуней, подрезанием хвостика.
Именно стример навел на мысль, что ловит не приманка в целом, а эффекты, ею создаваемые. Круглая головка микро-джига или латунный шарик дают эффект глаза, полиэтиленовое тело и зажатые течением в силуэт малька ворсинки пера петуха - эффект полупрозрачности, жесткие и острые кончики того же пера - эффект плавничков, а у мушек, имитирующих насекомых - эффект хитиновых конечностей. Все это для рыбы знакомо, привычно и съедобно. Вывод такой: создавая любую имитацию, нужно стремиться к эффектам, способным «надавить» на рефлексы рыб, способным «сработать на инстинкт». В зависимости от условий, можно варьировать этими эффектами, уменьшая или увеличивая их до сверхэффектов (в 3 раза более крупный глаз, абсолютная полупрозрачность, цвет вместо оттенка или оттенок вместо цвета). Тогда из плывущих рядом живого малька и его имитации, язь или окунь скорее выберут имитацию, так как у живого прототипа эффекты, а у мухи - сверхэффекты. Или: прототип живой, а стример - еще натуральней.
Есть в ловле на мушку нечто тонкое. Есть широкое поле для творческих экспериментов. Есть возможность пощипать струны рыбьей души, а она у нее, я вас уверяю, находится, в основном, в желудке.
Позже, перепробовав различные варианты стримеров, а именно: Штайнфортские «монстры» и «тандемы», Новозеландские «матуки», «ленивого пескаря», пришлось остановиться на первоначальном варианте, как наиболее уловистом и простом в изготовлении. В середине сезона, а проще говоря, летом, обской рыбе нравятся именно некрупные «эфемерки», связанные по типу «спайдера». Эффекты, создаваемые желательно жесткими и блестящими ворсинами этих мушек, должны напоминать игру стекляшек детского калейдоскопа или игру воздуха над раскаленным асфальтом шоссе. Достаточно сделать из «спайдера» более густой «пальмер» или добавить на спинку ворсинок (по типу баковой мушки) и нужные эффекты уходят, а уловистость мушки падает порой до нулевой отметки. От бешеного жора, до полного бесклёвья, бывает, отделяют «микроны». Но никогда не стоит впадать в крайность и искать какую-то одну имитацию, как панацею от бесклёвья, а, найдя что-то похожее - «почивать на лаврах» и «курить бамбук». В любом рыбацком правиле, исключений всегда больше, чем в математическом. Навстречу одной единственной, самой отработанной системе, рыбалка способна выдвинуть множество своих вариантов. Какие-то из них будут соответствовать канонам, а масса других окажется исключением. Лучше всего ловить по правилам с учетом всех возможных нюансов. Правилом должны быть полные коробки мушек различных по величине, форме и расцветке.
Если вы правильно поняли, обской «спайдер» возник по потребности жизни, а не из стремления что-либо изобрести, как и некоторые другие мушки, появившиеся после. Чем-то подобным люди ловили еще в те времена, когда Каменка, самая грязная речушка Новосибирска, текла по поверхности, а не в трубах под землей, и в ней водились хариусы. А может быть, по берегам бродили мамонты. Но если до июля 1995 года одной из самых расхожих фраз в нашем водно-моторном клубе была «Сергей, у тебя не найдется лишней блесенки», то с этого времени она переродилась в другую: - «Серега, дай мушку». Благо «штамповал» я и то и другое тысячами. Самому бы не изловить ни на каких зацепах, а зацепы - это губительный и неизлечимый порок спиннинга. В нахлысте такого нет, там все наоборот, - приманку силишься не поднять как можно выше, а стараешься утопить как можно глубже. В этом же году в продажу поступили первые хорошие снасти (фирма «Мартин» в магазине «Таймень»), и путь к обскому нахлысту был открыт.
Продолжение следует...
Начало здесь: "Река Обь"
С уважением, Сергей Шаталов.
.Поэтому и прилипло название шаталовские стримера......( всегда найдутся ЛЮДИ кто там был )....