В конце сезона зимней рыбалки, где-то с середины марта по начало апреля, днём начинает припекать солнышко, воздух прогревается до плюсовых температур, понемногу талая вода попадает под лёд и пробуждает подводную фауну, заставляет её готовиться к предстоящему нерестовому сезону.
В это время кунгурские рыбаки в массовом порядке мигрируют в низА Сылвы – от Закурии до Насадки, это верхняя часть Камского водохранилища. Там в это время рыба (лещ, густера и сопровождающие их судак и щука) сбивается в косяки и начинает активно двигаться и кормиться. В уловах появляется всё больше трофейных окуней и сорожек.
Съездить на рыбалку в низа – это целая история. Во-первых, путь не близкий - несколько десятков километров, во-вторых, надо много двигаться по реке сплошь покрытой наледью, искать косяк, в-третьих, надо много буриться, а сырой метровый лёд – это вам не декабрьский перволёдок. И всё это с учётом полной зимней амуниции, а может ещё и нескольких килограммов улова…
В одну из таких поездок я взял с собой напарником Женьку. Он тогда работал слесарем в автосервисе, там мы с ним и стакнулись на почве рыбацкой страсти.
Женька парень азартный, темпераментный. Как увидит толпу, гоняющуюся за косяком, страстно включается в эти гонки, пока ошалевшая от грохота буров над головами рыба не рассеивается по всему руслу реки и клёв не затихает.
Я поначалу тоже пробовал ловить в толпе, но никак не мог приноровиться. Почему-то где бы я не пробурился – в головке, в середине, в хвосте толпы, я никогда ничего не мог поймать. Только пробурюсь, только опущу мормышку на дно, приноровлюсь к течению и глубине, глядь, а толпа уже где-то в стороне, и у меня, естественно, ни поклёвки. Побегал я, побегал за толпой, да и плюнул на это дело. Решил – не моё это. Уходил в сторонку, спокойно, по возможности в одиночку искал свою рыбу. И, бывало, очень даже удачно находил!
В тот раз я нашёл на реке такое место, с которого ни вниз, ни вверх по течению в пределах видимости не было рыбаков, пробурил на небольшом пятачке примерно три – четыре лунки, прикормил их распаренным комбикормом, и стал по очереди облавливать. Снасть немудрёная – леска клинская 0,17 мм, ниппельный кивок, мормышка типа свинцовый шарик грамма на 3, наживка – пучок «малинки», так пермские рыбаки называют мотыля. Видимо, из-за внешнего сходства. А опарышей, кстати, там почему-то называют «бубями».
Ну вот, сижу я на своих лунках, рыбачу, наслаждаюсь мартовским солнышком. Мормышку со дна поднимаю, делаю проводку вверх, плавно покачивая кивком, где-то в 15 – 20 сантиметрах от дна кивок замирает, впечатление такое, что леска как бы вверх поднимается. Подсечка – есть! Чувствую руками приятную сопротивляющуюся тяжесть. Вытаскиваю на лёд отличную густёрку граммов на триста!
Обновляю наживку, опускаю в лунку мормышку, играю. Если в течение десяти – пятнадцати минут поклёвок нет, перехожу на другую лунку, потом на третью, и так по кругу. Обычно получалось так: на «свежей» лунке поклёвка следовала практически сразу, потом через паузу, потом, когда пауза затягивалась – перехожу на следующую лунку.
Особое удовольствие – при вываживании «крыльями помахать», а потом пойманную рыбу в кучку на снегу сложить. Рыбаков-то вокруг ни души, тихариться не надо, обурить некому!
Были паузы в клёве. Я в такие моменты менял место ловли. Уходил куда-нибудь ближе к берегу, на отмель, там попадался окунёк. Или наоборот бурился на фарватере, на самой тяге. Тут тоже интересная рыбалка. Течение подхватывает мормышку и стаскивает её вниз. Я стравливаю леску, достаю дно, немного постукиваю по нему, потом течение опять поднимает мормышку, я опять стравливаю леску. И так до 15 – 20 метров фарватера прорыбачиваю при глубине не больше трёх-четырёх метров. Вообще-то так охотятся на судака и на трофейного окуня. Но я в тот раз поймал только одного подлещика.
Время за этим занятием пролетает незаметно, дело к вечеру. Вижу – рыбаки поодиночке и группами побрели по реке к месту стоянки машин. Скоро и Женька мой показался. Идёт весь взмыленный, уставший. Шутка ли – весь день в толпе бегал за косяком, пробурил сотни метров льда.
– Ну, как, спрашиваю, улов-то?
Женька недовольный. Выкладывает из ящика пакет, в нём четыре подлещика и два окуня. Жиденько. Мне даже как-то неловко стало: сижу тут отдохнувший, довольный жизнью – в пакете полтора десятка мерной густеры, килограммов на пять точно потянет. А приятель мой практически не солоно хлебавши. Да ещё и вторые за сезон очки-полароиды в лунке утопил.
Ну, делать нечего, собрались мы и двинулись по реке к машине. Пройти надо было с пару километров. Тропинок к вечеру не стало, снег раскис, ноги вязнут в снежно-водяной каше. Идём потихоньку, скоро по спине потекли струйки пота.
Тут мы поравнялись с небольшой толпой рыбаков. Стоят довольно плотно человек двадцать (садиться в мокрый снег не комильфо) и то и дело вытаскивают на лёд солидных подлещиков. Руками машут в открытую, никого не стесняются. И то верно – бурить рядом никому в голову не придёт, это уже откровенное хамство, за такое и буром по спине оттянуть могут.
Мы с Женькой чуть притормозили, с завистью понаблюдали, как мужики деловито вытаскивали одного за другим подлещиков. Эх, луночку бы свободную найти! Да где уж там… Даже были бы там свободные лунки, как их найти в этой снежно-водяной жиже по щиколотку?
– Ладно, говорю, пойдём, Женька. Не наш косяк…
Делаю шаг и в тот же момент чувствую, как пятка куда-то проваливается. Вот дела: совершенно случайно ногой попал в спрятанную под снегом старую лунку.
– Погоди, говорю, Женька. Может всё-таки наш косяк?
Расчищаю лунку, опускаю мормышку. Даже дна не достал – уже поклёвка! Есть подлещик. Поправлять «малинку» некогда, каждая секунда на счету, опускаю снасть под лёд – ещё поклёвка!
Женька стоит рядом со мной, смотрит как заворожённый, от зависти растерялся.
– Чего смотришь? – спрашиваю – ищи себе лунку да лови!
Он начинает судорожно утюжить ногами лёд под снегом, да где там! Всё, нету больше свободных лунок, хоть плачь!
Подходит ко мне, а я уже наверно пятого подлещика вываживаю.
– Дай, говорит, я на твоей лунке хоть одного поймаю.
– Женька, говорю, мне рыбы-то больше не надо, давай всё что поймаю – тебе отдам?
Тот чуть ли не в истерике, кричит:
– На хрена мне твои костлявые подлещики!? Мне бы поклёвочку увидеть, подсечь его родимого, да на лесочке до самого льда поднять…
Ну, тут меня проняло. Что я, не рыбак что ли?
– Ладно, говорю, тогда давай по очереди ловить.
Я своего подлещика на лёд вытаскиваю, Женька тут же опускает в лунку мормышку. Глубина небольшая, около трёх метров, считанные секунды, и вот у него уже поклёвка и он тащит наверх своего. Я за это время успеваю подсадить свежую «малинку», как только он освобождает лунку, я опускаю свою снасть и тут же подсекаю очередного подлещика.
Врать не стану, не долго продолжалась эта карусель. Может, штук по пять рыб мы с Женькой так поймали, потом клёв закончился. Видимо косяк с места сшевельнулся. У всех разом затихло. Мы начинаем улов по пакетам раскладывать, и замечаем на себе взгляды. Кто-то с завистью смотрит, те, наверно, кто простоял на косяке битый час, а поймал всего пару штук, кто-то с иронией – видали, мол, аттракцион неслыханной жадности? Два чудика с одной лунки по очереди подлещиков таскали!
А мы довольные такие, по-товарищески порыбачили!
