Из цикла: Рыбацкие рассказы.
Довелось мне однажды видеть как рыбачат вороны. Интересное это зрелище.
Весной реки разливаются и затопляют прибрежные луга. На них рыба мечет икру. Мальки подрастают на мелководье. К августу реки мелеют, вода с лугов уходит, с ней уходят в реку и мальки.
Но много мальков остаётся в лужах. И вороны тут как тут. Охотятся на мальков они парами. Выбирают узкую лужу 2-3 метра длиной.
Одна ворона подходит к луже с одного конца, другая – с другого. Одна, забегая в лужу, машет крыльями. Мальки устремляются в другой конец лужи. А там их хватает другая ворона и бросает за себя на землю.
Потом вороны трапезничают, но часто поделить мальков не могут. Возникает потасовка, смотришь на них и удивляешься. Повадки у них как у людей.
А люди говорят друг другу: «Не будь как ворона, проворонишь царство Небесное!»
Оказывается, вороны способны и на большее, что недоступно человеку. Да, да!
Человек ловит рыбу как может, совмещая труд и удовольствие.
Как то в начале апреля, мы – работники большого завода, поехали на водохранилище блеснить судаков. В тот день на 76-ой километр приехало из города около 300 – от рыболовов.
Судак – прекрасный трофей для любителя порыбачить. Обычный его вес от 1-го до 6-ти килограмм. И мясо отличного вкуса, почти без костей.
Как всегда, мы разбрелись по льду группами. Был солнечный день, слабый ветерок доносил запахи пробудившейся весны. Снег на льду почти весь растаял.
Настроение у нас было бодрое, с решимостью найти стоянку большой стаи судаков. Найдём стаю и успех обеспечен многим! А у меня была очень уловистая блесна, не раз приносившая мне успех. И мы стали искать стоянку судаков.
Если кому то удавалось поймать судака, то к нему бежали все, кто был поблизости, думая, что найдена стая. Находившиеся дальше, увидя это, тоже бежали туда. Таким образом иногда собиралась толпа по 100-150 человек.
В этот день найти стаю до обеда не удалось. Некоторые поймали лишь одиночек, отставших от стаи. Одни уходили из такой толпы сразу и работали бурами в надежде на удачу. А другие оставались в толпе, наблюдая, где начнут ловить.
Мы с Николаем, снабженцем с нашего завода, покинули очередную толпу. Отойдя от неё метров на 250 вглубь водохранилища, решили пообедать. Поев почти всё, что было взято из дома, мы попили чаю из моего термоса. Чай «особой заварки» в новом термосе Николая оставили на вечер.
После обеда нас разморило. Ведь столько лунок было уже пробурено! А лёд – метровой толщины. Сидя на раскладных стульчиках, мы решили отдохнуть.
Неподалёку от нас летала и каркала ворона. Я спросил у Николая: «Ну что, куда теперь двинем?» Помолчав, он ответил: «Идти дальше, к островам, километра три, а мы устали. Давай посидим и понаблюдаем, не начнёт ли кто ловить! -–"«Так все сидят и наблюдают» - возразил я.
Ворона продолжала летать и громко каркать. Своим карканьем она уже «достала» нас. Николай возмутился: «Ну надоела! Эх, ружья нет, срезал бы эту поганку!»
И мне хотелось как то её отпугнуть. Обычно вороны так и ждут, когда мы найдем стаю судаков и начнём ловить. Освободишь тройник блесны из пасти судака и бросишь судака на лёд , а из его пасти часто стекают капельки крови. Как только отойдешь от этого места, одна или две вороны сразу сюда подлетят. И начнут эти капельки склёвывать со льда. Как говорится, их хлебом не корми, лишь бы кровь дай склевать. Вот кровь – это лакомство для них.
Поворачиваюсь в сторону вороны. Она ходит по льду метрах в 60-ти от нас. Затем взлетает и летит к нам, громко каркая. «Что, кровушки судака просишь» - говорю я. Николай молчит.
А ворона, не долетев до нас метров 20-ть, каркает ещё громче. Затем разворачивается и летит обратно. Садится на то же самое место и расхаживает по нему как хозяйка, уже не каркая.
Вот поднимается и опять летит к нам, начиная каркать. Подлетая к нам, смотрит на нас , каркая истошно. Затем летит обратно и садится туда же.
Почему она садится на одно и то же место? Меня осенила догадка: а не указывает ли она нам место стоянки судака?
Этой догадкой я поделился с Николаем. Он громко расхохотался и с сарказмом ответил: «Сейчас она возьмём тебя за руку и приведёт на стаю! Да она каркает, видя крошки от нашего обеда на льду!»
Думаю, а может он прав? Что уж я так полагаюсь на её разум.
Но ведь остатки обедов она явно видит и у других, сидящих от нас недалеко. Притом, некоторые, пообедав, разошлись, и бурят, уже в другом месте. Нет, здесь что-то не то!
Говорю Николаю: «Сиди здесь, а я пойду и проверю». Он громко кашлянул, показывая неодобрение моему решению.
Встаю, собрав всё, и иду к вороне. Она подпустила меня совсем близко, взлетела и стала кружить надо мною, громко каркая. Затем отлетала недалеко и села на лёд, поглядывая на меня.
Сняв меховую куртку, я положил её в санки- корыто, где лежал рюкзак, и стал бурить. Ножи бура, отшлифованные накануне, хорошо резали лёд. Пробурив, опустил блесну, она пошла в сторону. Сев на стульчик, стал ждать когда леска займёт вертикальное положение, чтобы потом опустить блесну до дна.
Вдруг сильный рывок застал меня врасплох! Удочка выскочила у меня из руки и, подпрыгивая на льду, побежала к лунке. Ногой в сапоге успеваю перекрыть лунку. Удочка упирается в сапог. Подхватываю её и резко подсекаю. Ни с места! Затем- рывки крупной рыбины!
Чувство, овладевшее мною, описать невозможно. В нём и радость и восторг и удовлетворение тем, что ожидал.
Начинаю подтягивать рыбину к лунке, она тянет в сторону. Постепенно, не давая слабины лески, завожу её в лунку. Она проходит с трудом.
А вот показалась и голова судака. Подхватываю его и вытягиваю на лёд. Вот это трофей! Кило на 3,5 будет! Ох, какая удача!
Освобождаю тройник и быстрей втискиваю судака в рюкзак. Всё делаю без суеты, но быстро. Опускаю блесну вновь, даже не пытаюсь отрегулировать глубину. Рывок! Подсекаю и чувствую опять рывки такой же силы. Радость моя удваивается! Вывожу судака чуть поменьше первого. Ах ты, мой красавец! Иди в рюкзак!
Поднимаю голову в сторону Николая. Вот он быстро одел рюкзак, подхватил стульчик и бур и со всех ног бежит ко мне!
Опускаю блесну опять. Рывок! Вытаскиваю третью рыбину поменьше второй. Смотрю вправо. Там сидела небольшая группа рыболовов. Они все встали и бегут в мою сторону.
Николай, не добежав до меня метров 10, поскользнулся и упал на бок. Кое- как поднялся и, прихрамывая, приблизился ко мне. Не снимая рюкзака, начал бурить. А из кармана рюкзака стекала струя чая «особой заварки».
Вытаскиваю четвёртого судака! Стараюсь втиснуть его в рюкзак, но три первых бьются, пытаясь выскочить, и мешают.
А вокруг меня раздаётся шум от работающих буров. Это прибежала вся группа справа. И кто был слева. Как быстро они меня окружили!
Наспех затягиваю шнур рюкзака и опускаю блесну. Николай только что пробурил и тоже опустил блесну. Но поклёвок нет ни у меня, ни у него. Всё! Стая тронулась с места. Но в каком направлении она пошла? Если угадаю, то поймаю ещё.
Вдруг слышу шум. Поднимаю голову и вижу: толпа, которую мы с Николаем покинули, с бурами наперевес бежит на нас.
Жуткое зрелище! Кажется, сейчас они нас сомнут. Но они рассыпались и окружили нас. Смех, гвалт, шум работающих буров!
Подматываю удочку и наблюдаю, где начнут ловить. Значит, стая пошла в том направлении.
Вот впереди, метрах в 20-ти , один поймал судака, за ним второй, третий. Подхватываю бур и тяну санки туда.
Забегаю вперёд сидящих с судаками и начинаю бурить. Все, кто обурили меня вначале, тоже прибежали сюда. Теперь главное – быстрота. Толпа передвигается уже вперёд нас. Опускаю блесну. Рывок! Есть, попал! Вываживаю опять крупного судака. Бросаю его в санки и прижимаю уже отяжелевшим рюкзаком. Опускаю блесну. Рывок! Попался судак всего кило на 2.
Слева и справа и впереди тоже ловят. Опускаю блесну опять. Поклёвки нет. Стая пошла дальше. Захватываю бур и санки и бегу вперед. Ориентируюсь по тем, кто ловит и начинаю опять быстро бурить. Пот льёт с меня градом. Вытираю его чистой тряпкой.
Слева и справа и впереди тоже бурят. Раздаётся пыхтенье. Некоторые сняли даже рубашки, бурят в майках.
Николай бурит сзади, но бур у него идет плохо, видно, «сели» ножи.
Опускаю блесну. Есть! Ещё добрый судак! И ещё! Ох, какой удачный день!
Николай ещё бурит, а стая уже прошла. Подхватываюсь и бегу дальше. Бурю, вытирая пот. А толпа надвигается тоже сюда.
Оглядываюсь назад. Там уже никого нет. Только ворона усердно склёвывает кровь со льда. Умница! Чем я тебя отблагодарю?
Добуриваю лунку и опускаю блесну. Увы! Поклёвки нет! Стая куда то повернула! Просматриваю всех слева и справа. Вижу, слева один поймал. Забегаю вперёд него, оставляя сзади Николая. Быстро бурю и вытаскиваю ещё 2-х судаков. Душа поёт! Такая удача бывает редко.
Николай опять опоздал. Поймал ли он хотя одного? Бегу дальше. Ну и гонка! Большую стаю указала ворона!
Бурю наугад и достаю только одного судака. Оглядываюсь кругом. Вон один поймал, там другой и всё. Больше поклёвок не стало. Толпа рассыпалась в надежде еще обнаружить остатки стаи. Но её уже и, «след простыл».
Подходит Николай, на потном лице печать неудачи. Ложит пустой рюкзак к моим санкам и опускается на стульчик.
К нам подходят трое рыболовов с нашего завода. Спрашивают у меня: «Сколько поймал?»
Начинаю считать судаков. Одиннадцать красавцев еле поместились в моём большом рюкзаке. Хвосты самых крупных высовываются наружу.
«Да, редкий успех!» - говорит один из них. А Николай рассказывает им про ворону. Они удивляются и смеются.
Незаметно ложу в рюкзак Николая двух средних судаков.
Подошедшие рассказывают, что сидели в толпе и вместе с ней атаковали нас. Один из них поймал три судака, второй – два, а третий – ни одного. И судаки некрупные, по 1-1,5 кг.
Собираемся идти к берегу. Там нас ожидает заводской автобус.
Николай, взяв свой рюкзак, обнаруживает в нём судаков. Удивлённый, спрашивает у меня: «Ты положил? Ох, благодарю!»
Отвечаю: «Ворону благодарить надо!» «Да – а! Умная ворона!» – признаётся он.
Может кто-то знает отца-Панфилов В.Р.-отзовитесь!
Захватывает!