Женщина на рыбалке уже давно не представляет собой диковинку, что -то необычное. Экзальтированные особы, все чаще, с мужьями или без таковых, рвутся из города на природу. На свежем воздухе, нагуливая аппетит перед шашлыком, берут в руки рыболовные снасти. У многих этот забавный эпизод, вскоре исчезает из памяти, некоторые заразившиеся этой страстью, пополняют ряды рыболовов - любителей. И уже из их числа, особи, хватившие ударную дозу этого вируса, вливаются в когорту спортсменов. Эти славные представительницы прекрасного, но все же, слабого пола, готовы ездить за сотни километров на соревнования, бурить лунки, мерзнуть на льду зимой - невзирая на ненастную погоду, различных кровососов , хлестать воду спиннингом летом. Женщины рыбачки, вообще способны на многое, мне довелось стать свидетелем двух интересных случаев.
Лолка
До пасеки мы добрались глубокой ночью, преодолев 18-ти километровую дорогу от деревни, за несколько часов. Нас было трое, на двух санях запряженных лошадьми. Мартовская ночная поездка прошла не без приключений, но это уже другая история.
В протопленной избе нас встретили Лолка с мужем, Андреем. Они оказались там днем раньше. Андрюха, шустрый парнишка, лет 25-ти, летом работал помощником пчеловода, была такая штатная единица. Зимой, я так думаю, у него были каникулы, судя по всему не оплачиваемые. Лолка была моложе.
Почему родители назвали ее Лолитой, кто знает, про Милявскую в то время ни кто не слышал и в страшном сне. Видимо в честь Набоковской. Не высокого роста, однако довольно плотного телосложения. Смуглое лицо, азиатского типа - при этом бурятская или якутская кровь, была в ней сильно разбавлена славянской. Ну и очки, большие, с толстенными линзами, зачастую являющиеся непременным атрибутом потомков этих народов, завершают портрет. Спокойно-немногословная, она не привлекала к себе лишнего внимания. Этакая скво, при муже.
Несмотря на поздний «отбой», проснулись вовремя, чего- то пожевав, глотнув чаю, выскочили на свежий воздух.
До уловистого плеса, впрочем , как и вообще до речки, было километра три. Не длинный, относительно пологий подъем, головокружительный спуск и пара верст по пойме. При сборах выяснилось, что Лолке лыж не хватило, своих у нее не было, а лишнюю пару забрал муж. Такая вот дискриминация по половому признаку произошла.
Спускались порознь, каждый торил свою лыжню. Чтобы сильно не разогнаться, я например, оседлал сложенный бур, другие пользовались срубленными жердями, зажав их между ног. Без башенный Андрюха, катил между осин без всяких тормозов, почти не падая. Выдерживая общее направление, старались не делать слишком крутых спусков - на обратном пути здесь же будем подниматься.
По ровной пойме легко было плутануть, поэтому лыжню пробивали по компасу, азимут был известен. Конечно, сильно заблудиться там не представлялось возможным, а вот сбиться в сторону, метров на 300-400, можно запросто.
Едва забурились, прикормили, кто выхватил рыбешку ,а кто и не успел, как на берегу появилась Лолка. Оставшись без лыж, она не растерялась, разрубила топором пополам подходящую доску, привязала веревкой импровизированные снегоступы к валенкам и «алга». В этих деревянных сандалетах, она не просто дошла, судя по времени, добежала вприпрыжку. Будь такой запал у наших олимпийских девчат, золотом бы обвешались. Ее появлению и находчивости, кроме меня ни кто особенно не удивился, ради рыбалки Лолка, совершала раньше и не такие переходы. По этой пойме, пройти в марте на лыжах, одно удовольствие. Ради вожделенных поклевок сорожки, десятка, другого пескарей Лолита прошла этот маршрут летом, одна. Муж всегда занят работой, которую, как известно всю не переделаешь, рыбацкую страсть, подстегиваемую генами предков, не остановить. Без какой либо тропинки, по частично заболоченной низине, где полно гнуса, она прошла, ни мало не беспокоясь о безопасности. В тех местах хватает зверья, по ночам воют волки, зимой хорошо слышно. В такой безрассудной тяге к рыбалке, трудно заподозрить, какую либо из известных мне барышень. После такого похода, поняв, что Лолку не остановить, мужики объяснили ей другую дорогу, длиннее, но не в пример легче. Там крутой прижим подходил прямо к воде, можно было не месить грязь в болоте. Бегая туда через день, рыбачка ставила жерлицы, порой удачно.
На этой весенней рыбалке, Лолка не просила напарников пробурить лунку в толстом льду, пыхтела сама.
После пары кормушек сухарей, собиралась какая нибудь бель, попадалась очень приличная сорога. Через небольшое время клев прекращался, подходила щука и разгоняла рыбу. Потом следовала мощная потяжка, почти всегда заканчивающаяся откушенной мормышкой. Иногда, закрыв лунку шапкой, удавалось поднять шурогайку, весом меньше килограмма. Блеснить не получалось, жерлицы днем не работали.
Утром, какая то дура- щука оборвала на жерлице леску, о.4. Вова клялся что был сильнейший рывок, который он не сумел смягчить. В омуте 4-метровой глубины вполне могли водиться крокодилицы, думалось нам. Миф развенчала все та же Лолка. На свою удочку с мормышкой, оснащенной леской 0.12, она вытащила полукилограммового щуренка с Вовкиным тройником и поводком в пасти. Долго смеялись, упрашивая Вована снова рассказать о вываживании буйной щуки. Днем клев ослабевал, поймать можно было только ершей, которых Лолка с энтузиазмом таскала, и поначалу бросала за спину. Моей молодой лайчонке, эти колючки пришлись по вкусу, десяток рыбешек исчезли в ее уторбе, за что я получил не шуточный нагоняй. Не нормативной лексикой дивчина владела, и при случае ее использовала. За это я несколько раз ее дразнил. Развалившись на куске войлока, пригревшись под лучами солнца, в полудреме я громко произносил: «Оба!» Лолка резко поворачивалась и долго смотрела на меня, фокусируя взгляд сквозь очки, потом, поняв, в чем дело - ругалась не по детски. Через какое- то время, я вскрикивал: «Ух ты!» История повторялась, Лолита ругалась, остальные смеялись.
Вот такую довелось мне повстречать рыбачку, азартную, бесстрашную, разительно отличавшуюся от сложившихся стереотипов.
