Толик собирался на охоту. Со стороны никто даже бы не сказал этого. Только одежда выдавала. Ружьё его находилось в лесу, которое он забирал домой только глубокой осенью, на зимовку. Остальное время оно находилось спрятанным и не видным среди деревьев. Прошлогоднее болото, напрочь отрезавшее его от добычи своей не проходимостью, решено было преодолевать на болотоходах. А придумал и сделал он их сам, из автомобильных камер, жигулёвских. Правда, был у них минус – слабоваты оказались. Тогда он усилил их, взяв камеры покрупнее, от Зилка. Связал их бечёвкой пополам, приделал ступни. Полюбовался. Хорошо!
- По болотам теперь буду гулять, как по асфальту. А там, какой только дичи нет, да и ягоды полно, на островах.
Привязав их к ногам, шагнул в болото. Идти было не удобно. Приходилось широко раздвигать ноги. Но шаг за шагом, метры непроходимой топи оставались за спиной. Перед открытой водой, покрывавшей болотную жижу, остановился, закурил. И снова смело, торжествуя за изготовленную своими руками конструкцию, двинулся дальше. Болотоходы здесь вели себя по-другому. Они отказывались идти, впустую скользя по воде. И в какой-то миг, Толик, поскользнувшись, упал в воду. Руки провалились во что-то мягкое, бездонное. Лицо просто громко плюхнулось по воде и утонуло в жиже и в водорослях. Барахтаясь и задыхаясь, кое-как удалось вырвать голову, с нависшими на ней нечистью и сделать глоток воздуха, но голова вновь погрузилась в жидкость. Ноги, привязанные к зиловским камерам, остались высоко вверху. И теперь не позволяли выплыть и сделать, хотя бы один, такой желанный, такой необходимый глоточек воздуха. Будто кто-то специально держал его за ноги, желая утопить.
- Всё! Смерть! Болотоходы … Никто и никогда не найдёт…
Пролетела, как искра, мысль, тая в гаснущем сознании.
- Утону, захлёбываясь этой…
Кроме слабости и силы нашей, заложил создатель в нас ещё одно качество, которое спит в нас, не востребованное до поры до времени. И счастлив тот, кому оно в жизни оказалось без надобности.
Какая-то неведомая, неизвестная доселе сила, изогнула Толяна, резко крутанула. Он оказался на спине. Теперь можно было согнуться, вынырнуть. Можно было дышать!
- Господи! Спасибо, спасибо!
Дрожащими губами шептал он, подплыв на спине и зацепившись за болотную кочку
Вероятно тут было сообщение:
Мог бы учесть хотя бы опыт тех, кто использует охотничьи лыжи.
Никто не станет делать жёсткие крепления, ообенно когда переходят речку по перволёдку.
Всегда должна быть возможность, в экстренной ситуации, сбросить лыжи с ноги.
А привязать ноги к камерам и пойти по воде - это кончно улёт.
Центр тяжести тела намного выше точки опоры - гарантированный перевёртыш.
Причём опоры по сути никакой нет - вода, на которой камеры безусловно разъедутся в разные стороны.