Привет.
На подходе нового сезона жидкой воды все чаще вспоминаются моменты прошлых. Одним из таких ярких в эмоциональном плане моментов хочу с вами поделиться.
25 июля 2015 года.
Неделю назад мы с бабушками собирались ехать в деревню (может быть громко сказано – осталось всего несколько дворов); бабушки – за тем, чтобы побывать в местах где прошло их детство и отрочество, я – за рыбалкой. Есть в той деревне один рукотворный пруд, где обитает карасик невероятных размеров, и моей целю было поймать трофейного карася (прямо название фильма братьев Щербаковых). И подготовиться успел уже. Буквально за день до отъезда завершил последние приготовления – закупился в магазине на 555 рублей. Была мысль добавить ещё 222, чтобы совсем наверняка, но три пятёрки – тоже неплохо. Вечером того же дня мне звонит бабушка и говорит, что поездка откладывается на неопределённый срок, ибо жара невозможная, а с инсультом никто не хочет возвращаться домой. В общем-то справедливо, но охота разыгралась не на шутку и нужно было ее сбить. А как сбить охотку – способ известный. Решил выезжать часа в полтретьего утра, поэтому и спать не стал ложиться. Всю ночь вязал поводки и смотрел видео от А. Фадеева и Д. Салапина по основам фидерной ловли – обучался. Из снастей взял поплавочки и фидер.
Слегка позавтракал и выехал.
Чудесна утренняя дорога. На улице пока прохладно, солнце еще не выглянуло из-за деревьев, окружающих трассу. Сизый туман клубится в логах и устилает поля. Небо же укрыто от взоров бледными высокими облаками, на востоке окрашенными ярким солнечным пламенем; на самом верху пробивается сквозь вату облаков местами розовато-фиалковый, а ближе к западу – глициновый свет. Люблю в такую погоду находиться в какой-нибудь старой-старой деревне – ощущаешь себя в поэтичном 19 веке. Так со мной происходит, видимо, из-за особенностей исторического восприятия – последние годы Империи казались мне очень интересными и с точки зрения быта, и каких-то глобальных событий. Погрузиться в этот мир можно и благодаря литературе, и благодаря музыке, и художественному искусству. Но, всё же, с фотографией это не сравнится, ведь на ней запечатлены истинные события напрямую, без «посредника» в виде творца произведения, который может события описать со своей точки зрения, что-то приукрасить, а что-то наоборот. А в фотографии есть своя романтика. Благодаря фотографии мы можем увидеть то, как было тогда, а иногда и сравнить с тем, как стало сейчас. И именно в такую погоду, когда всё как будто в каком-то мареве, если включить воображение, можно действительно погрузиться в эту атмосферу.
Подъезжаю к протоке. Талая. Для кого-то – это водоём выходного дня, один из немногих шансов вырваться из душного города на рыбалку. Для кого-то – домашняя речка в километре от дома, изобилующая рыбой. Для меня – это место, где я открыл для себя несколько лет назад прелести спиннинговой ловли. И не важно, что сейчас здесь даже в будний день довольно трудно найти место – с этой речкой у меня связанны только хорошие воспоминания. Вот и сейчас, прибыв сюда меня начинают наполнять ностальгические эмоции. Хочется просто посидеть, подышать местным сладковатым воздухом, наполненным тягучим ароматом болот и сырости. Вокруг – сплошная тишина, и даже нет желания её нарушать. Хочется просто посидеть, почувствовать близость с природой, с её по-младенчески чистой душой – хочется просто довериться ей, побыть самим собой; обмякнуть, расслабиться. В таком ожидании проходит немного времени. Тучи начинают сдаваться под натиском занимающегося солнца, а рваные туманы, прилипшие к зеркалу воды начинают отступать, готовясь вернуться в сумерках вечера.
Разбираюсь. Течение слабое, поэтому прикорм замешиваю порыхлее. Заряжаю фидер и посылаю по рыбу.
Шлепок кормушки о воду, брызги колесом -- звук разносятся далеко по водной глади и будит природу. Где-то вдалеке своими трелями озарял приход нового дня дрозд, мужики справа по берегу начали материться, сосед слева – вытащил карасика и закашлялся.
Разбираю еще две поплавочки.
Ту, что с крючком побольше оборудовал червём, вторую – опарышем. Клевало, в общем-то, на всё, но на опарыша получше. Закормил местечко, периодически подбрасывал новые порции «Дунаева». Карасик поклёвывал, демонстрировав все свои умения: и на подъем, и уводил в сторону поплавок, и просто притапливал.
Реализация оставляла желать лучшего, грешу на длину поводка (длинноват), но за утро пару десятков наловил, некоторых отпускал, некоторые сами уходили. Но удовольствие было получено огромное, опять же – освежил воспоминания. А фидер так и молчал до самого конца рыбалки. Вода парная, рыба стоит в полводы, плавится.
Мужик на лодке справа, видимо, опытный матершинник. Такие идиомы выдавал -- гордость брала такое богатство русского языка, и что таким богатством могут пользоваться все. В пору записывать было.
Но вот клёв стал пропадать, а потом и вовсе рыба ушла. На куст надо мной сел целый выводок хвастливых мухоловок, а хвастались они своим вокалом. Собрав все снасти и упаковавшись, пообщался с подъехавшим рыбаком. Говорит, не клюёт сегодня рыба. Ну а что делать, не за рыбой же, в конце концов, едем.
