Приграничные территории

1 апреля мы проснулись в Томской области в Верхне-Кетской тайге, пора собираться домой, впечатлений за последние 3 дня рыбалки превеликое множество, эта поездка надолго останется у нас в памяти как самая продуктивная и результативная по части качества и количества пойманного, (https://www.fishingsib.ru/reports/view/119749/) но как сказал Сашка в конце своего рассказа: «Зимний сезон не закрыли, впереди еще серьезное путешествие!».

Итак, 1-го апреля мы возвращаемся в Новосибирск и в этот несерьезный день начинаем делать наброски нашего серьезного путешествия. Совершаем звонок другу с целью узнать обстановку в горах, пройдем ли перевал и вообще куда пойдем, на том конце трубки в ответ слышим «Так-то дожить надо, в горах каждый день все меняется». Наш друг Даурен как всегда был немногословен. Примерно через месяц нас ждал приграничный Алтай, там-то мы уже точно закроем сезон зимней рыбалки.

Вернувшись из Томской области домой, на пару недель погружаемся в свои дела. Даже не помню кто не выдержал первым, но это и не важно и примерно с середины апреля у всех членов нашей команды начинается предвыездная приятная суета, а учитывая тот факт, что наш аксакал дядя Толя (дТ) не смог посетить с нами томскую экспедицию, на которой мы все показали класс, дТ твердо решил показать нам «где раки зимуют» в предстоящей поездке.

Обязанности распределены, каждый отвечает за свой блок вопросов, до выезда остаются считанные дни, как вдруг Сашка сообщает, что у него все может накрыться медным тазом «Планируйте выезд без меня, а там как получится» и это за два дня до старта. Нам ничего не остается как продолжать сборы в усеченном составе (Я, дТ и Артем).

Слава богу Сашка решает все свои проблемы и 26-го апреля в ночь мы готовимся к старту.

Живые приманки куплены, газовые баллоны упакованы (дров в высокогорье не будет, так что это очень важная часть нашей поклажи), личные вещи на месте, самое главное не забыть паспорта, иначе в приграничную зону нам не попасть. К слову, я уже один раз забывал, паспорт, точнее не забывал, а взял по ошибке не свой документ, а супруги (обложки одинаковые). Так в прошлый раз мы потеряли почти сутки, решая квест по доставке моего паспорта из Новосибирска в Кош-Агач кратчайшим способом.

Итак, вроде бы все готово, звонок Даурену в Джазатор, нам сообщают, что нас ждут утром на промежуточной точке для смены транспорта. В путь! 

Предрассветные сумерки нас встречают где-то между Семинским перевалом и перевалом Чике-Таман, как раз в том месте, где на мой взгляд, начинается самая красивая часть Чуйского тракта. Буквально со дня на день горы должны окраситься в фиолетовый цвет, начинается время цветения Багульника. Любуясь красотами Алтая, пытаемся нагнать отставание от плана, которое уже достигло одного часа. В десятом часу въезжаем в Кош-Агач, заправляем полный бак и вперед к заставе. День ясный, но на горизонте в сторону нашего движения формируется плотная облачность. Лихо доезжаем до заставы, отмечаемся у пограничника, нам остается около 100 км до места перегрузки. 

По дороге Сашка предлагает поднять тост за горных духов, но, говорит, что нужен знак, символизирующий, что горы нас приняли и только после этого можно наполнить наши кубки. Решаем, что знаком будет сурок-тарбаган, а точнее сразу два. Как только увидим пару сурков, сразу останавливаемся. Зная, что после заставы их обычно в достатке не спеша едем, глядя по сторонам, параллельно присматривая место для хорошей стоянки.

Какого же было наше удивление, что, проехав уже больше десятка километров ни одного сурка мы так и не увидели, похоже горы нас не готовы принять так быстро. На самом деле проблема с сурками заключалась в том, что в высокогорье еще не пришла весна, в марте выпало много снега и зима не собиралась сдавать свои позиции. Но все-таки южные склоны гор уже отходили от снега и надежда на встречу с тарбаганми у нас еще теплилась.

На очередном повороте Артем замечает движение на склоне, тормозим. Жирный сурок стоит над своей норкой и «лает» куда-то в сторону. Выходим из авто, прислушиваемся, на «лай» «часового» в ответ кричит второй, но мы его не видим, но он точно есть, скорее всего, он точно должен быть, иначе никак…..) . На том и порешали, что второй сурок где-то рядом, а два сурка – это знак. Исполнив ритуал едем дальше, поднимаемся все выше в горы, на Тархатинском перевале дорога очищена грейдером, но по толщине снега на обочинах видно, что его в этом году нападало изрядно. Проезжаем поворот на перевал Теплый ключ, едем дальше мимо ДРСУ и спускаемся в долину реки Джазатор. До места остается совсем немного, не доезжая 18 км до села останавливаемся на стойбище. Встречающих никого, лишь одинокий пастух занимается своими делами. Странно, Даурен должен быть уже на месте, на часах уже далеко за полдень, мы итак задержались, всматриваемся в даль в сторону деревни и вон он наш знакомый уаз-фермер! Даурен подъезжает, обнимаемся, здороваемся мы не виделись уже больше года. Тем временем нужно поторапливаться, ведь проделана только часть пути, впереди у нас полтора дня конного перехода на высокогорное озеро. Через 20 минут подъезжает наш проводник и с ним пять лошадей.

Проводника зовут Эсельбек, родом он из Джазатора, этнический казах, единственный на весь поселок сварщик имеющий аттестацию НАКС, часто работает на северах вахтами, в деревне подрабатывает табунщиком и иногда водит в горы таких как мы. Очень ждет, когда начнется строительство газопровода через Укок в Китай. Для местных – это сотни рабочих мест и перспектива развития их региона. С одной стороны людей понять можно, но что будет с Укоком, если эту трубу все-таки построят. Нет времени размышлять перекидываем вещи из сумок в арчмаки (переметные сумины) снаряжаем лошадей и снова в путь.

Сегодня нам предстоит подняться вверх по долине реки Ильдегем на перевал Бугумуюз, высота перевала 2940 над уровнем моря. Начинается самая захватывающая часть нашего пути, через 40 минут дороги мы выходим из зоны тайги в зону гольцов, из растительности остается только карликовая березка и можжевельник, кругом величественные горы и ни одной живой души кроме нашей теперь уже пятерки. 

Хотя, как ни одной, на склонах то тут, то там выбегают увесистые сурки, здесь тарбаганм раздолье. Обогретые ярким солнцем южные склоны уже очистились от снега, из земли на солнечных полянах вылезают фиолетовые прострелы (цветки), появились первые бабочки, весна неспешно принимает эстафету у суровой сибирской зимы. Перед основным подъемом на перевал останавливаемся в избушке чабанов выпить чаю и немного отдохнуть, в пути мы уже около 16 часов. Цель на сегодня – перевалить перевал, спуститься в долину реки Аккол и дойти до крайней избушки для ночлега. После привала довольно быстро пошли вверх, на тропе попалась группа тундровых куропаток, самец и две самочки. У этих ребят весна в самом разгаре, не обращая на нас внимания самец занимается ухаживаниями, яростно кудахчет и пытается соблазнить своими ярко красными бровями одну из курочек, а может и двоих сразу). Птицы нас совершенно не боятся, как городские голуби они буквально путаются у нас под ногами и не улетают. Понаблюдав немного за весенним ритуалом нарядных птах идем дальше. Перед самой седловиной тропа теряется в снежных наносах, до нас несколько дней тут уже никто не ходил, старого следа не видно, Эсельбек начинает бить тропу. 

Его лошадь проваливается в сугроб по самое брюхо, но медленно сама выбирается из снежного плена. Вспомнились слова напутствия Даруена перед нашим выходом «Перевал будете ходить потихоооньку-потихоооньку….», теперь я понял что он имел ввиду. Проходим еще несколько снежных переметов именно так как нам сказал наш казахский друг и выходим на седловину, ура мы на вершине! Вид открывается просто потрясающий, оглядываясь назад видим острые пики Южно-Чуйского хребта, укутанные в вечные снега. 

А впереди, за перевалом на нас величественно смотрит горный массив Таван-Богдо-Ула, ну как смотрит…. Должен был смотреть, низкая облачность полностью укутала его своим серым одеялом. Похоже горные духи Укока требовали от нас какой-то дар, чтобы показаться во всей своей красе. Ничего, на обратном пути я думаю мы все это увидим. 

Спуск с перевала оказался сложнее подъема, обратный его склон как и весь Укок был в снегу, а это значит что лошади будут проваливаться в снег и идти нам придется «потихоооньку-потихоооньку….», так и пошли. Спустившись в долину Аккола решили останавливаться на ночевку на ближайшей избушке, так как сил ни у людей, ни у лошадей уже не осталось. К сожалению намеченная избушка была занята чабанами и нам пришлось немного вернуться назад и переночевать в соседней избе, расположенной чуть поодаль от нашей тропы.

Каждый раз, когда долго не сидишь в седле, а потом спустя год делаешь тридцатикилометровый горный марш бросок верхом испытываешь неизгладимые впечатления, когда слазишь с коня. Коленные суставы отказываются сгибаться в привычном для них направлении, голеностоп после стремян не хочет шевелиться, ну а мягкое место, изрядно отбитое за время пути, перестает быть таковым. Все с непривычки ужасно болит и первые пять минут ты ходишь, разминая свои конечности. Но все потихоньку приходит в норму и начинается подготовка к ужину. Эсельбек развьючивает лошадей, Артем наводит порядок в избе, дядя Толя растапливает печь, я иду за водой на ближайший ручей, а Сашка – наш шеф-повар начинает готовить свое рабочее место. На часах восемь вечера на улице еще светло, но сумерки подкрадываются быстро, ощущается легкий минус. Но в избушке тепло, приятно потрескивает лиственница, видимо завезенная сюда летом на технике. Сашка готовит шурпу из баранины, дядя Толя варит чай, я нарезаю хлеб и овощи, Артем и Эсельбек готовят спальные места, все при деле. Время за ужином и разговорами быстро пролетает вот уже почти полночь, ложимся спать, завтра нам предстоит финальный переход на пути к заветному озеру.

Просыпаемся в 6 утра и начинаем собираться, всю ночь вокруг избы токовали куропатки их здесь превеликое множество. Поднявшись, я беру котелки и иду на ручей, на небольшом разливе замечаю движение, это парочка бело-рыжих огарей, которую мы заприметили еще вчера, продолжают строить свою личную жизнь. Не будем мешать птичкам. Умываемся, завтракаем, собираемся и снова в дорогу. Через два часа пути доходим до устья безымянной речки, по дороге встретив одинокого волка, который заприметив нас на расстоянии более километра спешно убежал вверх по склону. На устье речки делаем небольшой привал, пьем чай и не только, глядим на часы 10:30, в обед планируем быть на месте, чтобы остаток светового дня посвятить рыбалке. Примерно в 11 часов выходим на заключительный участок нашего маршрута и без каких-либо приключений то по тропе, то по льду маленькой реки доходим до нашего озера.

В сравнении с прошлым разом снега значительно больше. Лагерь на берегу поставить не удастся, принимаем решение ставить лагерь на склоне, на ближайшей к урезу воды мало-мальски ровной террасе. Высотная отметка нашего лагеря – 2600 м над уровнем моря. Высота начинает давать о себе знать, особенно когда поднимаешься с озера в лагерь, дышать тяжело, поэтому выходя из лагеря на озеро лучше десять раз проверить и убедиться, что все необходимое взял с собой.

Наше озеро без названия представляет из себя водоем 200*400 м, озеро очень маленькое, но со значительными глубинами мы находили места до 10 метров, но судя по прибрежному рельефу там есть глубины и побольше. На этом озере обитает постоянная популяция хариуса, сказать, что его там много – значит не сказать ничего, его там очень много. Но учитывая размеры водоемы и ограниченность кормовой базы размеров великих он там не достигает, 300 граммов – это, пожалуй, самые крупные особи в тех местах. Но как же эти малыши клюют и вываживаются. Еще не успели мы забыть жирных томских окуней, так вот эти горные ребята в 300 граммов по ощущениям дадут фору полукилограммовому окуню. Но, обо всем по порядку.

Рыбалка была лишь одной из нескольких целей нашей поездки в приграничные территории. В первую очередь мы соскучились по этим величественным местам, грандиозным вершинам и нетронутой человеком природе, рыбалка была замечательным дополнением ко всему этому.

Итак, 28 апреля, 14:00, лагерь установлен, 100 граммов за духов озера подняты и выпиты, пора на рыбалку. Зная по прошлому опыту о толщинах местного льда специально для этой рыбалки приобрели барнаульский ледобур айсберг-сибирь 110 с глубиной бурения 1600 мм. В прошлую поездку у нас был 130 швед с глубиной бурения 1400 мм, последние сантиметры приходилось раздалбливать топором, освобождая для вращения рукоятки площадь вокруг лунки. Довольные своим приобретением, но все-таки захватив топор «на всякий случай» выходим на лед. Первую лунку пытается пробурить Сашка, слава богу взяли с собой топор. Т.к. до марта на Укоке снега не было от слова «совсем», а морозы достигали 50 градусной отметки все водоемы хорошо промерзли, топор нас выручил. С первой лунки мы предвкушали клев «как из пулемета», однако ни первая, ни вторая лунка нам ни принесли ни одной поклевки. В чем дело? Озеро маленькое, рыбы должно быть много, мы ведь пришли в рыбное Эльдорадо, где хариус? Начинаем вспоминать прошлый выезд, тогда мы нашли рыбу с первой лунки. А искать в условиях высокогорья – дело энергозатратное, пробурив одну лунку дальше уже ничего делать не хочется, особенно если еще в качестве вишенки на торте тебя ждет махание топором. Глубина на первых лунках подо льдом оказалась в районе 10 метров, на такой мы не рыбачили в прошлый выезд. Решено смещаться на мели. И вот я бурю свою первую лунку, глубина вместе со льдом 2,2 метра. Опускаю мормышку (зеленый банан на леске 0,1) и тут же следуют не то поклевка, не то зацеп за какую-то водную растительность. Ветер мешает ориентироваться, я сажусь спиной к ветру, получается небольшой затишок над лункой и тут я отчетливо вижу резкую поклевку. Подсечка и серьезное сопротивление на том конце, леска тонкая, рыба бойкая, но все же я его достаю, первый хариус! Да какой, граммов 300! Для этого места более чем достойный результат. Вся команда смещается ближе ко мне на мель, и все начинают ловить. Откровенной мелочи процентов 40, ее всю отпускаем, хотя от ихтиологов слышали, что в подобных озерах рыболовная чистка – полезна, она не позволяет рыбе вырождаться и в последующие года размер рыбы увеличивается обратно пропорционально ее количеству. В принципе все логично) но тем не менее мы мелочь выпускаем обратно.

Время за рыбалкой летит незаметно, на часах уже шесть с небольшим, и мы принимаем решение заняться обработкой улова, часть чистим полностью чтобы вечером пожарить, остальных только потрошим и присаливаем, чтобы немного привезти домой. В ловле хариуса в конце апреля-начале мая есть один замечательный бонус, много хариуса икряного. С конца мая и до середины июня у рыбы начнется нерест и будет действовать нерестовый запрет, но сейчас еще можно половить икряного хариуса и поесть пятиминутку. Что мы с удовольствием и проделываем. Возвращаемся в лагерь, ужинаем и уставшие ложимся спать.

Утром 29 апреля просыпаемся неспешно, крепко не спал никто, первые дни идет акклиматизация. Небо слегка затянуто тучами, идет мелкий снег. Завтракаем, Сашка первым выходит на озеро, следом выходим и мы с дядей Толей. Артем и Эсельбек решили подняться вверх по склону поглядеть зверя, наперед скажу, что зверя они так и не увидели, как и его следов. Мы же с Сашкой знаем, что в пасмурный день на данном водоеме хариус клюет куда активнее нежели в ясную погоду, так оно и вышло. На первых опусканиях приманки пошли поклевки. Рыба ловилась весь день, после обеда выглянуло солнце, но и оно не помешало клеву. Однако, мы в который раз допустили непростительную ошибку, даже когда небо затянуто тучами, ультрафиолет все равно попадает на поверхность, а учитывая, что мы весь день сидим на ледяной поверхности озера, то он еще и отражается от нее прямо в наши бледные лица. Крем от загара в горы мы с собой берем уже давно, вот только вспоминаем о нем, когда уже все свершилось, так было и в этот раз. Отныне мы стали не бледнолицыми, а краснокожими и еще больше стали походить на аборигенов. 

Отрыбачив весь день и вернувшись в лагерь нас ждал сюрприз от Эсельбека, сегодня вечером у нас будет костер и это учитывая, что вокруг нет ни единого дерева. 

Но опытный таежник Эсельбек знает, что на солнечных полянах, где растет можжевельник можно найти старые корневища этого хвойного вечнозеленого растения, в толщину они достигают 10 см и горят довольно долго и жарко. А какой у них аромат!

В тот вечер мы просидели до двенадцати ночи, вспоминая наши прошлые поездки и планируя будущие. Ночь была звездной и очень тихой, только токующие куропатки с разных сторон кудахтали о своем.

30 апреля был день выхода в обратный путь, было решено отрыбачить пол дня, чтобы наполнить вторую канистру хариусом и выдвигаться под перевал к избушке. День был ясный и солнечный из краснокожих мы медленно превращались в темнокожих. Выполнив желаемое, набив канистры рыбой мы пошли собирать лагерь. В 16:00 вышли в обратный путь. Примерно через час ходу перед нами открылся великолепный вид на горный массив Таван-Богдо-Ула, тот самый, который мы не смогли увидеть из-за облаков поднявшись на перевал на пути к озеру. Похоже горные духи приняли нас и решили, что мы достойны увидеть Укок во всей красе. Еще спустя 30 минут, я обнаружил, что из нагрудного кармана у меня исчез телефон. Мы с Эсельбеком решили быстро проскакать назад до места, где я последний раз его доставал, а ребята отправились дальше. Но к моему сожалению телефона мы не нашли, он легко мог выпасть в снег или в кусты карликовой березки, найти его было практически невозможно. Получается горные духи в качестве дара решили забрать мой телефон, теперь я понял почему нам открылся Укок). Единственное, о чем жалею, так это о фотографиях, оставленных в телефоне. Возможно археологи будущего когда-нибудь найдут мой телефон и восстановят информацию, сохраненную на нем, узнают, как жили люди прошлого, что ели, что пили). Спустя полчаса мы нагнали своих и уже вместе направились к избушке.

До ночлега дошли уже в сумерках, на улице холодало, развьючив лошадей принялись за хозяйство. Как обычно все слажено сработали и через 30 минут у нас был горячий ужин, но в этой избушке нас ждал небольшой бонус. В первый день нашего конного пути мы оставили себе заначку в виде 3-х бутылок пива. После долгой дороги экспедиционерам, с обгоревшими до красна лицами, этот напиток был как раз то, что доктор прописал. В рюкзаке обнаружилась колода карт, так и провели этот вечер за игрой в дурака, потягивая холодное пиво из походных кружек. К слову, в дураках побывал каждый)

На утро уже все предвкушали встречу с цивилизацией, от нее нас отделяла трехтысячная громадина. Решено было выходить рано, чтобы по ледяному насту успеть пройти самые сложные участки на подъеме на перевал, где проваливались наши лошади. Выйдя из лагеря вдалеке на склоне перевала увидели что-то похожее на вереницу не то животных, не то камней. Дойдя до участка, где начинается зона снегов мы увидели четко выделявшуюся тропу, причем след был свежий. Однозначно на крутом склоне перевала мы увидели не камни, это было стадо скотины, которое гнали местные чабаны в Джазатор. Нагнали мы их только преодолев вершину Бугумуюза, каково же было наше удивление, когда в одном из табунщиков мы признали нашего старого друга и проводника Дикана! Дикана мы не видели уже два года, договорились дойти до ближайшей избы и вместе попить чаю, поговорить. Так и сделали, через 15 минут доскакали до избушки, спешились. Оказывается, Дикан с другими табунщиками возвращаются с зимнего пастбища, собственно Укок – это и есть зимнее пастбище, в отличие от долины Джазатора там много снега не выпадает и скотине легко добраться до травы, коей там имеется в большом количестве. Вот так второй год Дикан зимует на Укоке, пасет скот и думает о вечном, больше там заниматься зимой нечем) Посидели, попили чаю, договорились о предстоящей поездке, а то и двух. Одна летом в долину реки Кара-Алаха, другая осенью в долину реки Коксу, там-то нас точно ждут жирные хариусы! У табунщиков во время перегона отелилась корова и козочка, малыши не смогли бы пройти перевал, и чабаны соорудили конструкцию разместив новорожденных на спине у лошади. Так и путешествовали новоиспеченные «братья» верхом на лошади до самого Джазатора. 

А нам нужно было идти дальше, попрощавшись с нашим товарищем мы направились на встречу городской суете. Через полтора часа мы были уже у Машины, там нас ждал Даурен. Наскоро собравшись, переодевшись в штатское мы были готовы к возвращению домой, оставалось проделать каких-то тысячу с небольшим километров. Пожелав нам удачи Даруен крикнул свой боевой клич «Алга, Комсомол!» что в переводе на великий и могучий означало «Вперед, молодежь!» и мы тронулись в путь.

И как обычно у нас бывает, не успев закончить одно путешествие по пути домой мы начинаем планировать новое. Мы обязательно вернемся в этот удивительный уголок нашей родины, но это будет потом.

Сейчас же нас ждет открытие летнего сезона после нерестового запрета. Обь на границе Новосибирской области и Алтайского края со своими разливами, протоками и кучей москитов-комаров, с зубастыми речными крокодилами. Чем не Амазонка!