"Иностранцы" на льду.

Недалеко от берега на полоске льда ,образовавшегося заберега сидел,склонившись над лункой старик.Одет он был в старый, некогда белый армейский полушубок, и ватные штаны, заправленные в старые серые валенки с калошами. На голове, свисая обеими ушами с веревочками на концах, была нахлобучена непонятно из какого меха шапка. В больших рукавицах-шубенках он держал вырезанную из дерева самодельную зимнюю удочку. На два гвоздика, прибитых к удочке, была смотана уже желтая от времени толстая леска, которая проходя сквозь ниппельную резину надетую на кончик не длинного шестика, скрывалась в пробитой пешней лунке. На леске словно бисер были нанизаны намерзшие льдинки. Но дед не обращал на это внимания. Согретый скупыми лучами мартовского солнца он задремал, сидя на своем рыболовном ящике стоящем на прибитых к нему детских лыжах. К нижней губе деда прилипла, готовая вот-вот отвалиться , давно потухшая самокрутка. Вздрогнув от звука закрывающейся двери автомобиля дед проснулся. Запалив самокрутку набитую ядренным самосадом и попыхивая дымком, он увидел как из подъехавшей иномарки разом выскочили четыре человека. Из машины доносилась громкая иностранная непонятная деду музыка. Они были одеты в красивые импортные комбинезоны . На ногах обуты высокие, чуть не до колен, шнурованные ботинки. Большие черные солнцезащитные очки, скрывали наполовину их лица, делая похожими друг на друга. Братья, наверное, подумал дед. Однояйцевые - вспомнил, он когда-то услышанное им слово. Они достали из машиины ледобуры и рыболовные ящики. А один достал спиннинг. Да как-же он будет этим спиннингом рыбачить, подумал дед. Ведь оно хоть и солнышко, но на улице минус 15. Леска-же будет обмерзать.

"Макс,""РНИ", "ЛНУ", прокричал один, обращаясь к другому и они разбрелись по льду, разговаривая на своем языке. Наверное иностранцы подумал дед, не понимая ни слова. А посмотрев, что сверля лунки, они крутят свои ледобуры совсем в другую сторону, уверился в этом еще больше.

- Нет, ну ты посмотри, что делает стервец, пробормотал дед, глядя как тот, что со спиннингом тащит небольшого подлещика, забагренного большим якорем на конце лески. Вырвав якорь из пробитого крючком живота подлещика "иностранец" брезгливо бросил его на лед. Высечь-бы его, сукиного сына, розгами, подумал дед, ведь сколько рыбы разной поранит он своим якорем. Ну не голодные же они, вон какие щеки свисают из под очков, под черные стекла которых, спрятали они свои бестыжие глаза.

А эти, что с зимними удочками.Бегают по льду, кричат. "АП", да "АП". "Фишер". Услышав знакомое слово фишер, дед вспомнил, как во время войны воевал рядовым сапером на фронте. Сколько же они восстановили мостов, через многочисленные реки, и на каждой из них, выкроив минутку, не упускал возможности посидеть на берегу с удочкой, как до войны, вспоминая свою родную речку, протекающую за околицей, его родной деревни. Как потом, уже в Германии, наловив рыбы и сварив замечательную тройную уху, накормил голодных немецких ребятишек. Вот тогда он и услышал это слово, которое дети говорили пожилой немке, показывая на него пальцем. Он тогда подумал, что это слово означает кормилец. Когда узнал точный перевод то подумал, что эти слова в своем конечном смысле очень схожи. Рыбак- кормилец.

Поймать столько, сколько сможешь съесть сам и накормить ближних- вот золотое правило, которому дед следовал всю жизнь.

А эти не унимаются. "АЛЕНЬ", да "АЛЕНЬ", выхватывал его слух знакомое слово, из потока слов не понятных деду. Может чукчи- олеводы? А как узнаешь? Ведь глаза у них закрыты темными очками.

Через полтора часа суеты и беготни "иностранцы", собрав ледобуры и свои рыболовные ящики, похлопав дверцами своей иномарки, умчались подняв за машиной шлейф снега. Уехали со своим "АП"ом,подумал дед.

Глядя на пустые пластиковые бутылки, коробки, упаковки и прочий мусор разбросанный по всему берегу, а на краю льда брошенных пару подлещиков со вспоротыми якорем животами, дед точно удостоверился, что это были иностранцы.

Ну какой же здравомыслящий человек додумается гадить там, где он сам живет?

Что он оставит после себя своим детям и внукам?

Так задумавшись , он просидел еще пол часа. Затем встрепенулся, закрутил свежую самокрутку и тяжело поднимаясь с ящика, стал собираться домой. Он открыл крышку своего ящика, уложил плотнее десятка три крупных окуней, вес некоторых явно приближался к одному киллограмму. Знатное жаркое приготовит сегодня старуха, подумал он, коря себя за то, что не смог вовремя остановиться, ловя окуней. Теперь придется месяц не ходить на рыбалку, пока не съешь всю рыбу. Много ли им со старухой надо. А я раздам окуней своим знакомым пенсионерам и опять пойду на рыбалку, гораздо раньше месяца. Приободрившись этой счастливой мыслью, произнеся в слух "Спасибо тебе речка!" дед кряхтя потащил на длинной веревке свой тяжелый ящик.

P.S. Смысл "иностранных" слов

"РНИ", "ЛНУ", "АП", "АЛЕНЬ"

и прочего словесного мусора можно узнать, заглянув в глоссарий сайта

Новосибирских рыболовов.