БЕЛЫЙ.
Есть «Белое солнце пустыни», а есть «Белое солнце Сибири». Это когда равномерная облачность, этакое марево, достигает плотности при котором белый солнечный диск выглядит, как луна ночью. Возникающая при этом янтарная освещенность очень нравится рыбе. Толково это не объяснишь, просто наблюдения от рыбалки к рыбалке, от совпадения к совпадению. Со временем заметил, когда такое солнце – всё валится из рук. Хочется бросить все дела и как зомби – на рыбалку. Ведь ловить, на самом деле, надо не тогда, когда у нас выходной, а когда надо ловить: до восхода солнца (большинство рыб); солнышко и лёгкий ветерок, создающий рябь (окунь); первые капли моросящего дождя, пускающие, подобно мелочи, круги на воде (щука); внезапные порывы ветра среди тихой ночи (судак) и тд.
Сторожевая вышка на нашей лодочной базе представляет из себя квадратное сооружение с домиком наверху, скамейкой со стороны реки, и прожекторами. Сижу между прожекторов, давлю комаров, жду сменщика, смотрю на воду. Она высокая и мутная. 26 мая 1995 года. Условия заурядные, обычная солнечная погода. Река пустая, несмотря на первый день открытия сезона, спиннингистов тогда было мало. Сдал моторы, ключи, и завёлся часов в 10. На макушке Коровьего острова, несмотря на высокий уровень, приметил слабую борозду переката, перпендикулярную течению. Заякорился на два корпуса выше и сделал первый заброс. Груз 40 грамм, отводной поводок на размах рук и медная вертушка с красным кембриком. Первый язь клюнул сразу, на него и рассчитывал. Сошел у борта. На таком сильном течении подсак бы не помешал, но после зимы он так и остался на базе в сейфе. Еще два заброса, два язя и два схода. Но прежде, чем сгонять на базу за подсаком, коли встал по рыбе так удачно, решил проверить абсолютно новую для себя приманку – молочно-белый твистер, купленный в «Чемпионе» на площади Калинина. Серые виброхвосты появились в городе ещё зимой, и хорошо показали себя по открытой воде в марте-апреле. А твистеры (молочно-белые и полупрозрачно-розовые около 7 см. длиной) «выбросили» на продажу только к лету. Было очень интересно, как же язь отнесется к этой новинке. Делаю четвертый заброс, снова удар, а потом свечка вторая, четвертая! Таймень, в отличии от судака, очень любит попрыгать, выписывая в воздухе восьмерки. Его удалось вытащить без подсака и взвесить – 2,2 кг. Таким образом первой рыбой, пойманной на твистер, оказался таймень. Пойман он был с первого заброса, и я подумал: хорошая приманка, ещё не зная, что твистер, как «Кольт» в Америке уравняет всех граждан в правах. Если много лет до этого каждый спиннингист имел в наличии листовой металл, шаблоны, матрицы-пуансоны, стальную струну, бисер, кембрики, то после 95-го года – зашёл в магазин, купил «резины» и ты готовый спиннингист.
В том же году открылся первый магазин «Рыболов» за магазином «Мелодия», что напротив ДК Чкалова. Люди оценили новый ассортимент: современный, азартный и красивый отдых на природе оказался не чужд нашему менталитету, а то я 15 лет комплексовал, думая, что один такой чудик. Магазины стали множиться, как грибы после дождя и обогащая жизнь. Пришла, слава богу, новая эпоха. С журналами, видеофильмами и так далее.
До той поры молочно-белый цвет шёл на кембрики вращающихся блёсен и «папироски». «Папироска» по воздействию на хватательные рефлексы и повышенной плавучести, является предшественницей современной мандулы. Только не распиленная на 2-3 части, а одноколенная. При их самостоятельном изготовлении выискивались твердые сорта ярко белого пенопласта. Более доступный желтоватый тоже использовался, но катировался невысоко. Крючки имели красную опушку. Иногда впереди, через короткий кембрик и бусину, добавлялся вращающийся лепесток.
Приманка времен конца «развитого социализма» и начала «развитого спиннинга».
Аналоговый фотомонтаж, 1982 год. Катушки слева направо: «Уральская», «СКР-120», «Невская». В руках рабочая «папироска».
1990 год, время перемен. День открытия лицензионного лова на ОбГЭСе. В среднем ряду Александр Донин, Володя Сурнов, Кононов Сергей «Кабанчик». Ловили «папиросками».
При ловле верхового окуня на бакулку использовали короткие «папироски» на коротких поводках, но не из пенопласта, а из белого, толстого кембрика, чтобы слегка тонули.
В наше время, при ловле окуня поверху на поппер белые кисточки на крючках – самые выигрышные. Они могут быть из пера петуха, из меха козы, из хвоста песца или искусственного материала, лишь бы молочно-белые.
Окунёвые попперы.
Если поставить красный, черный, пестрый мех, серебристый люрекс, ёлочный дождик, эффект (количество поклёвок) будет заметно хуже. Стримеры перед поппером могут быть любого цвета, обычно бело-желто-красные. А вот на нём самом, в окунёвой драке за малька, чисто белые заметны и работают сразу. Подобный эффект наблюдается при ловле на фидер и подпуска белой рыбы: язя, леща, плотвы.
Белая рыба: лещ, язь и крупная по-русски плотва, по-татарски чебак, по-сибирски сорога.
Пшёная каша, которую набивают как прикорм в пружины, имеет желтоватый оттенок, но пенопластовые шарики на темных крючках используют чисто белые. Когда язь второпях на течении собирает крупинки вымываемого из кормушки пшена, белый шарик он возьмет быстрее, чем желтый, как наиболее заметный.
Чем ближе к Оби, тем пойменные старицы ровнее и прямее. Чем дальше от неё, тем они извилистее и заковыристее. Как поздние огурцы на грядках, то пузато разольются, то тоненько сузятся. Озеро за Ларчихой, куда мы с Геннадьичем забрались, замазав весь его Сурф грязью, с противоположного берега упиралось в коренной, сосновый бор. Имело свои заливы и мысы, напоминающие скорее полуострова. Стояла несусветная жара, однако комаров она не пугала. Посередине длинной части озера непрерывно булькатила рыба. Мелкая была явно красноглазкой, а крупные всплески принадлежали однозначно линям. По крайней мере так хотелось думать, где же им еще водиться, как ни в этой глухомани.
Но мы приехали за щукой. Накачали две лодки, каждый себе, намочили рубахи и кепки, заплыли. Если приехали на незнакомое щучье озеро, то первой приманкой будет правильнее поставить белую блесну. В шахматах это называется «Е2-Е4» - первый ход. Вертушку № 3-4 или колебалку 10-20 грамм, смотря что за болото. Это я и сделал. Точно и прицельно обрабатывал красивейшие места широким «ивовым листом» в 22 грамма. Удивляясь происходящему, лишь через час выловил первую щуку за килограмм. Поняв, что тут всё серьезно, щука есть и ловится, сменил колебалку на опять же белую вертушку № 4. Не сразу, но минут через 20 поймал такую же и затем две грамм по 300, которых отпустил. На жаре мелкая рыба испортится раньше, чем её успеешь просолить. Видя такое дело, увеличил размер лепестка до номера 6. На тот момент солнце село, а я оказался в заросшем заливчике небольшого размера со множеством больших и малых окон. В любом из них происходила поклёвка, щука реально озверела. Она била шестой пятак, даже если за блесной тащился метровый пучок травы, что бывает крайне редко. Мелочь сразу летела за борт. За короткие сумерки успел взять еще 5 штук, всего засолил 7. Одна потянула на 1,7 кг. Есть такое понятие, как «пойменный стандарт» щучьего озера. Это может быть 400-600 гр., либо 600-800 гр. Щука, в основной своей массе, рыба некрупная и многочисленная, а вот когда ловятся рыбы от 1 - 1,5 кг., то это очень хороший пойменный стандарт. Значит водятся и трофейные.
Хороший пойменный стандарт. Утренний улов.
После короткой ночи, потирая руки, заплыли в самых ранних сумерках, но они оказались еще короче вечерних. Выхватил на вчерашнюю блесну только двух под килограмм. И тут же взошло жаркое солнце, клев прекратился полностью. Даже мелочь скисла. Водоем вымер. Рыбалка стала казаться пустым занятием, когда в третьем заливчике за перламутровым виброхвостом метнулась щучка, но не взяла. Решил ее во что бы то ни стало «добить», непрерывно меняя приманки. На молочно-белый виброхвост (10 см. с черной спинкой) щука вышла опять, но на этот раз заглотила целиком, хоть и была грамм 800. Не снимаясь с якоря, стал пробрасывать окна, куда раньше безуспешно бросал другие приманки. И везде шли контакты, щука заловилась под палящим солнцем, как ни в чем не бывало.
На другом конце озера появилась лодка Геннадьича. Зычно поделившись с ним информацией, нырнул в следующий залив. По понятной причине домой решили ехать пораньше, подсолив жабры и набив брюшки травой. Подъезжая к очередной зеленой стене соснового леса, я показал Андрею далекий белый указатель, - «А ведь наши виброхвосты также хорошо выглядят на фоне подводной воды». Подъехав ближе прочитали надпись: «Ларчихинский леспромхоз».
Если будет время, зайдите в магазины и посмотрите на ряды твистеров и виброхвостов. Посмотрите на красный, салатный, морковный и белый. Сначала нашими глазами, потом глазами подводного хищника. Это взгляд шестого чувства, наработанный вашим опытом. В обоих случаях понимаешь – белый незаменим.
Отдельно нужно отметить серебро и мельхиор, который его вполне заменяет. Эдик Хомутов хорошо помнит случай на Саянском водохранилище за год до катастрофы. Ловили в тот пасмурный моросящий день только мельхиоровые самодельные "ложки". Хорошо, что у меня их было пять штук. Медные, как у нас в такую погоду, не работали. Да и водоём своеобразный - затопленная, неширокая (уже Оби) ущелье двухсотметровой глубины вся жизнь до восьми метров, дальше сероводород. Берега крутые, сплошь покрытые пауками корней спиленных деревьев. Стоишь почти на цыпочках, как грузин, танцующий лезгинку. Поэтому нормальная твердь под ногами только дно узкой и длинной деревянной лодки. Их делают для того, чтобы входить во впадающие реки за хариусом. Обычные широкие дюральки бьет о камни и выплёвывает обратно, как измятые консервные банки. На Оби поспокойнее как-то, почеловечнее.
Тем не менее, знакомый Эдика, опытный местный рыбак, не смог нам ничего противопоставить. Белая, черная и морковная резина служили инородным телом. Его "ложка" была из нержавейки, а та, в отличие от серебра, то бликует, то темнеет, даже будучи старой отражая как в зеркале все вокруг. Мельхиор дает принципиально другой эффект - всегда горит белым огоньком, всегда заметен. Я отловился большой "ложкой" со шнуром 0,25. Эдвард оборвал под конец четвертую десертную. Щуки ныряли в затопленные пеньки с корнями и сразу рвали обской шнур 0,15. Чем дома ловил, с тем и приехал, были другие задачи. Местный тоже не обиделся нулевому результату, чужой (обской) опыт всегда дороже, завтра пригодится.
Саянская щука: "Понаехали тут!"
Однажды в конце марта поехали на пригородной в Сергеем Вешняковым и его знакомым на один пруд за Чиком. Остановочная платформа под четырехзначным номером, без названия. Потом влево, по черноземным полям, с наполовину растаявшим снегом, до водоема. Знакомый Вешнякова был провожатым. Мы же в первый раз тут оказались. Провожатый сказал нам идти под тот берег. Под овраг, с кладбищем наверху. А сам сел сразу, якобы попробовать. Забурились под самым берегом, всё равно глубоко, метра 4. Поклевок нет, ветер завывает, наверху кресты. Решили вернуться к товарищу, который залез в полиэтиленовый пакет и притих. Подходим, у него уже штук 40 окуней до ладошки. Так-так. Вишня слева, я справа - сделали по лунке, залезли в пакеты, уселись. Глубина около метра со льдом. На желтую мормышку поймал одного, второго, третьего. Что-то не то. Вспомнил, какую коченевскую грязь мы сюда месили и поставил серебряный самодельный глазок из контактов. Ловил, как из пулемета, включив спортивную злость, не вылезая размяться. Что там было делать: весенний ветер хоть и теплый, но ураганный, голая степь кругом. Когда наконец все встали и достали термосы я тоже решил передохнуть. Бросил на палатку бур, рюкзак, чтобы не унесло. Посмотрел на свою кучу окуней и на улов провожатого товарища. Порядок, моя раза в три больше. Спасибо серебру и черному дну.
Белые бакены. Куда же без них, все время на глазах. По белым бакенам идешь в далекие низовья за рыбой мечты. Если устроиться с донками справа от них, то лодка будет раздавлена широким, тупым и ржавым носом первой же баржи. А вот если слева от него близко находятся пологие пески, то это интересное место, значит есть резкая продольная граница между мелью и глубиной форватера. Еще интереснее белые бакены с черными крестами. Ими огораживают скальные выходы. Это говорит о том, что по близости чуть левее (до 50 метров) и ниже (до 200 метров) присутствует незамываемый годами каменистый перекат, который всегда нравится рыбе. Бакен с крестами и уловистое место – это через знак равенство.
Белые чайки, как и бакены заметны издалека. Если птицы толпами сидят по берегам – это не очень хорошая примета. У них есть свои разведчики и когда они найти ничего не могут, то и наша рыбалка будет «трудовой». С призрачной перспективой. Вечный чаечий «столб» в районе Нового затона, тоже обманчив. С близкого форватера туда закручивает слишком много плавающего мусора и насекомых. Птицы толкутся столбом, как по мальку. Насекомых же чайки собирают разрозненно, паря невысоко над поверхностью, время от времени чиркая клювом. Если чаечий «столб» перемещается со скоростью течения – это тоже не наша птица. Долбят что-то для них съедобное, типа хлебной корки. То есть ориентироваться только по чайке конечно нельзя, но за ними глаз да глаз, следишь постоянно и если чайка крутится на одном месте и непрерывно «бьёт колом», пикируя клювом вниз, то рыба там и приманки нужны покрупнее, под прошлогоднего или подросшего к осени малька – 5-7 см. если же по-утиному приседает (падает) гузкой, а потом тыкает клювом, резко вновь подымаясь, - это сеголеток. Вся рыба там и размер имитаций до 3-х сантиметров. Непосвященному человеку кажется, что птица беспорядочно крутится. Это возможно и бывает, но редко. Где-нибудь под ОбьГЭСом. А так, все поведенческие стереотипы перечислены, других нет. Последний – это огромные белые стаи птиц, летящих над Обью на юг. В отличие от гусей-журавлей чайки улетают невысоко, быстро и молча. После этого на землю и воду ложится белый снег. Приходит время по-настоящему зимнего спиннинга. Воды незамерзающей Москва-реки с потаявшим на несколько метров от её тепла снегом (фотографии из журналов) и ледяная Обь (вода открыта только из-за колебаний ГЭСа) – это, как говорят в Одессе, две большие такие разницы.
Во льдах, напротив гостиницы Обь.
С Игорем "Белым". Верх-Сузун.Игорь первым применил поппер для ловли обского окуня. Новичков люблю за то, что они идут на эксперименты, на которые сам не решишься в силу консерватизма
"Три мудреца в одном тазу": слева - Володя Сурнов (физрук и руководитель хоккейной секции НЭТИ, автор термина "обская классика"). На дальнем плане - строящийся метромост. 1983 год.
С уважением, Сергей Шаталов.
